Последний час - Самюэль Бьорк Страница 81

Она усмехнулась и игриво толкнула его в плечо.

– Боже, ну и дура же я. Давно должна была это понять. Сможешь сходить за остальными?

– За Аней и Фредриком?

– Нет, за книгами. Остальными. Они в моем кабинете. Надо начать с последней из дома Рикардссона. Та, что укажет на следующую жертву.

Мунк быстро вышел, прошел по коридору, мельком взглянув на часы в переговорной.

20:01.

Оставалось тринадцать часов.

Он схватил книги, поспешил обратно и вновь захлопнул за собой дверь.

Наглухо.

Темно.

Он почувствовал, как Миа дрожит рядом, когда она с особой осторожностью положила новую книгу на стол, бережно раскрыла первую страницу и провела над ней ультрафиолетовой лампой.

39

Йессика Блумквист сидела в гримерке за кулисами студии новостей «НРК» на Марьенлюсте и не узнавала себя в зеркале. Кто эта женщина? Точно не она. Это не по-настоящему. Это не я. Весь день она двигалась сквозь какой-то другой, искусственный мир. Руки, которые жестикулировали. Улыбка, которой она отвечала. Голова, кивающая в ответ. Все это были лишь отточенные жесты, выученные когда-то давно. Сама же Йессика в этом не участвовала. Улыбку Вольда она видела как в тумане, далекой, размытой. Ее ноги каким-то чудом донесли ее обратно в офис.

– Я решила. Я дам интервью в прямом эфире.

– Что? Правда? Это же… потрясающе! Я думал, ты… Нет, неважно, поехали!

В комнате за овальным столом вспыхнули радостные лица, загудели голоса так громко, что она едва их различала.

– Начнем с «ТВ2»?

– Нет, ты с ума сошла? Только «НРК»! Сначала эксклюзив им, прямо в норвежские дома!

– А остальные? «СиЭнЭн»? «БиБиСи»?

– Да-да, потом, по телефону. Позвоните, договоритесь о времени. Но «НРК» первыми!

– А какая будет история?

– История? Не нужно ничего выдумывать. Йессика Блумквист – журналистка из «ВГ», которая общалась с преступником, все еще находящимся на свободе. Это и есть новость. Это золото.

Йессика провела ладонями по лицу, пытаясь прийти в себя.

– Извините, вы бы не могли… Пожалуйста, мне очень тяжело…

Голос мягкий, доброжелательный.

Гримерша.

Средних лет, блондинка, с красными очками на носу и с тем же взглядом, что она теперь встречала повсюду.

Вот она – Йессика Блумквист. Та самая. Которая…

– Простите, – прошептала Йессика.

– Все хорошо, – улыбнулась женщина. – Сейчас подлатаем и будете как новенькая.

Йессика закрыла глаза. Потом открыла.

Посмотри в зеркало.

Что он имел в виду?

Глаза?

Голубые, как у мамы.

Снова пропущенные звонки. Ночью. Хотя она ведь просила прекратить. Наверняка та была пьяна. Дочь теперь знаменитость.

Хватит.

Не сейчас.

Нос.

Веснушки.

Губы.

Что он имел в виду?

– Это было захватывающе?

Снова она. Гримерша.

– Простите, что именно?

Кисть по щеке. И голос почти шепотом.

– Когда он звонил?

– Эм… Ну, в каком-то смысле да.

Нет.

Это было ужасно.

– Невероятно. Наверное, это странно – быть единственной, кто с ним говорил. А он ведь все еще на свободе. Дочка подруги моей соседки ехала в том поезде. Ну… не в том вагоне, а в следующем. Уцелела, слава богу. И коллега моего дяди. Он был не в поезде, а рядом с парком, у киоска. Все разлетелось. Ударился головой о стеклянную дверь. Повезло, что выжил. Барабанные перепонки вдребезги. Кровь из обоих ушей…

Замолчи.

Пожалуйста.

Она заставила себя сдержаться.