Край биографии - Денис Нижегородцев Страница 81

Гулять Ратманова вывозили на инвалидной коляске, пусть и самодельной. Внешне она напоминала простую крестьянскую телегу, но по уровню удобства сошла бы за иную карету. Он снова похвалил за это Офудзи. А та вновь загадочно улыбнулась. Интересно, что же за неведомый благодетель обустроил их жизнь? В воображении Ратманова нарисовался этакий Филеас Фогг из «Вокруг света за восемьдесят дней», который заранее знал обо всех грядущих происшествиях и имел технические средства на все случаи жизни. Неизвестный будто предвидел, что на берег бухты выбросит бездыханное тело Ратманова, отправил для его встречи Таку и Офудзи, да еще и заранее подогнал им коляску! Иначе как эти хрупкие создания могли перетащить его сюда, со сломанными ногами, да еще и в гору?!

Георгий поделился своими мыслями впроброс, едва ли не в шутку, сам до конца не веря в сказанное. Но Офудзи неожиданно поняла его плохой японский и согласилась:

— Так есть!

Выяснилось, что без помощи одного «золотого человека» они бы «ни в жисть» не справились.

— И кто он? – Георгий в самом деле был заинтригован.

В этот момент в комнату вошла Така. Наверняка она слышала предыдущий разговор. И, мечтательно закатив глаза, ответила:

— Наш ангел-хранитель…

— ???

— Володянька… – добавила она.

А Офудзи кивнула в знак согласия.

Георгий только развел руками:

— Бывший муж… и отец… продолжает вам помогать? Это он оставил для меня коляску?

Мать и дочь переглянулись, о чем-то беззвучно посоветовавшись, а потом принялись одновременно кивать. Жора так до конца и не понял, что это означало. Но решил идти до конца:

— Не знаю, как он смог сюда попасть снова! Но я хочу встретиться с ним!

— Время, свой время! – ответила Така строго, что можно было интерпретировать как популярную поговорку «всему свое время».

— Идя… сам… – добавила Офудзи, что вряд ли могло означать что-то иное, кроме как «он придет сам».

Ратманов на всякий случай решил себя проверить, повторив сказанное. И собеседницы вновь закивали:

— Всему свое время… Если понадобится, придет сам…

Где-то такое он уже слышал. И даже не один раз. В памяти быстро возник хозяин питерской квартиры, который всегда появлялся в непредвиденное время и в неожиданном месте. Плюс-минус таким же был знакомец по Порт-Артуру, матрос Михалок. А теперь и этот загадочный человек…

4

Внезапно Жора почувствовал себя чужим в этом доме и даже пленником в золотой клетке. Его прилично кормили, одевали, обрабатывали ему раны, ни в чем не отказывали. О таких условиях еще недавно он не мог и мечтать. Из-за этого едва даже снова не поверил в Бога, которого перестал чтить после смерти матери, жестокости последнего отчима и биологического отца, подлости сводного брата и предательства невесты, разумеется. В минуты отчаянных боев за форт № 2 в Порт-Артуре, а потом в госпитале среди десятков тяжелораненых и заразных, вера ненадолго возвращалась. В окопах, как известно, атеистов нет. Но не то чтобы он верил по-настоящему, скорее, отчаянно хотел спастись, просил Бога даровать ему еще один шанс выжить и по возможности вернуть домой без сильных увечий. Последняя такая мольба прозвучала в открытом океане, когда шансов на спасение, казалось, уже не было. Но, кто ж его знает, кто подбросил ему ту деревянную дверь? Господь вообще мог быть не в курсе…