Мое убийство - Кэти Уильямс (США) Страница 83

– Точно. Я просто подумала… – Я покосилась на ее пижаму.

– У меня выходной. Мне нравится удобная одежда.

– Я ошиблась дверью, – призналась я.

– Да, тут не здание, а лабиринт, – согласилась незнакомка.

– Может, вы встречали тут соседку – симпатичную девушку с длинными темными волосами?

Женщина свела брови и сказала:

– Я только что сюда въехала.

Я натянуто улыбнулась.

– Еще раз простите. За беспокойство.

– Да. Вы меня побеспокоили. Но ничего страшного. Удачи в поиске вашей… кем бы она вам ни приходилась. – Женщина начала было закрывать дверь, но тут в щелку прошмыгнул рыжий кот. – Черт! Можете его поймать?

Я уже держала кота в руках. Схватила его рефлекторно.

– Ложка! – удивилась я. – Это ее кот, – сообщила я женщине. – Он принадлежит той, кого я ищу. Моей подруге.

Незнакомка забрала у меня извивающегося кота.

– Тогда вы не ошиблись дверью. Кот достался мне вместе с квартирой.

– Не понимаю.

– Я субарендатор. Хозяйка кота – та, что сдала мне это жилье. Она выехала отсюда в спешке. Менеджер здания спросил, не против ли я присмотреть за животным. И я не против. Присмотреть. Вообще не против. – Женщина открыла дверь пошире, чтобы я смогла заглянуть внутрь. – Это квартира вашей подруги?

Кровать Ферн так и стояла посреди комнаты – но теперь аккуратно заправленная. Все ее барахло ютилось вдоль стен, чтобы новой квартиросъемщице было где разместить собственные недораспакованные коробки. Я кивнула.

– Видимо, она не предупредила вас о переезде, да? Как я уже сказала, она спешила. Оставила все свое говно. И кота в придачу. Но у кота все хорошо. – Незнакомка ласково боднула его в голову. – Как там вы его назвали?

– Ложка?

– Как столовый прибор?

– Так его зовут.

– Странно.

– Да, это такой прикол для посвященных.

– Нет. Странно, потому что она оставила инструкции по кормлению и прочему уходу. – Женщина пожала плечами. – И написала, что кота зовут Лу.

По пути домой я отправила Ферн еще несколько сообщений.

Я была у тебя дома. Там теперь другой жилец.

Где ты пропадаешь?

У тебя все нормально?

Ферн не ответила ни на одно. У меня возникло чувство, что я бросаю камешки в озеро и вода поглощает их без всякой ряби.

Почему Ферн переехала? Почему сказала, что кота зовут как меня? Мне хотелось обсудить это с кем-нибудь, но подходящего человека рядом не нашлось. Можно было бы поговорить с Лейси – вот только она считала, что убил меня Сайлас. Можно было бы поговорить с Сайласом – вот только я ему соврала. Можно было бы поговорить с Ферн – вот только та куда-то пропала. И я не могла отделаться от мысли, что случилось это из-за меня.

Автотакси ехало, разрезая толщу дневного света; лицо попадало то в тень, то под солнечные лучи. Слякоть окончательно сменилась грязью, зима перевернулась раздутым брюхом вверх, и в воздухе стоял глинистый дух, смесь запахов разложения и свежих ростков. Наступила весна; вслед за ней подходило лето. На деревьях уже виднелись крохотные узлы, тугие зеленые почки, черепа которых вот-вот повзрываются и превратятся в буйный цвет. Меня вдруг охватило умиротворение – безмолвная, незыблемая, залитая солнцем уверенность, что все будет хорошо. Другой меня, может, больше и нет, но я все-таки здесь. Вот она – я.

Но в этот момент автотакси свернуло на мою улицу, и возле собственного дома я увидела фургон скорой помощи и две полицейские машины. Сайлас на газоне говорил с полицейским. Он стоял ко мне спиной, и я не видела его лица, не видела, держит ли он на руках ребенка. Я вообще не видела ребенка. Я приказала автотакси остановиться, хотя идти оставалось еще полквартала. Мне было все равно. Я выбралась из машины и побежала к дому, и в ступнях, в легких, в ушах, в каждой частичке меня пульсировало только Нова, Нова, Нова.