Общество забытых мучеников - Анви Рид Страница 84

– Я наконец забуду о твоем отце… – продолжала мать.

– Шейла, черт тебя дери, Барнс! – Эбель пыталась вырваться, но мужчины были сильнее. – Прекрати нести эту хрень и забери меня отсюда!

– И я наконец… забуду о тебе! – Мама хлопнула в ладоши и улыбнулась.

Эбель опешила. Обмякла. К ней тут же подбежала женщина и, не упуская возможности, схватила за голову. Эбель больше не сопротивлялась. Она смотрела на мать. На Шейлу, которая потеряла свою дочь. Что-то острое вонзилось в шею. Шприц. В руках женщины был чертов шприц. Игла проткнула нежную кожу. Ноги подкосились. Голова закружилась. Шейла, наблюдая за этим, опять улыбнулась. Искренне. По-настоящему.

– Мам… – произнесла Эбель заплетающимся языком и в последний раз взглянула в ее голубые глаза.

Шейла была счастлива. Стоя в дверях, она прощалась со своим прошлым и стремительно проваливалась в мечты о новой жизни. Мир вокруг Эбель замедлился. Сердце стало биться гораздо реже, каждый вдох давался с трудом.

– Я велела тебе быть тише. – Женщина наклонилась к ее уху. – В этом доме не любят шум, жалкая тварь.

– Я с… сб… бег… гу… – промямлила Эбель.

– Тогда мы найдем тебя и убьем.

И, вновь натянув милую улыбку, женщина махнула рукой. Эбель почти осела на пол. Мужчины, взяв ее под руки, потащили Эбель по бордовому ковру куда-то вглубь особняка. Эбель затошнило и в следующее же мгновение вырвало на ботинки одного из них. Из носа хлынула кровь. Из глаз – слезы. Женщина выругалась. Мужчина больно ударил Эбель ногой по ребрам. Она закрыла глаза и потеряла сознание, на всю свою жизнь запомнив улыбку предавшей ее матери.

Субботнее утро могло быть обычным. Эбель бы выпила кофе за завтраком, съела сэндвич с сыром и лимонное печенье. Надела бы первое, что выпало из шкафа, и пошла бы на службу, отсыпаться на задней скамье. Но утро началось с обезбола. Голова раскалывалась так, будто ею всю ночь играли в футбол вместо мяча.

— Так что тебе приснилось, Бель? – Соль сидела на кровати и жевала свой завтрак.

Эбель громко сглатывала подступающую слюну. От запаха еды тошнило.

— Ничего серьезного, – соврала она, – обычный кошмар.

— Ты скатилась с кровати на пол, брыкалась и вцепилась в меня так крепко, что у меня на предплечьях остались следы от твоих длинных ногтей. Содрала мне кожу, волосы чуть не вырвала. А потом обмякла, как желе, и засопела. – Соль вытащила из чая дольку лимона и закинула ее в рот. – Думаешь, я поверю, что это обычный кошмар?

— Да. – Эбель приложила к виску холодную ложку. – Мне снилось, что я умираю. Ничего необычного.

Соль хмыкнула. Кажется, все-таки повелась.

— Надеюсь, врешь ты не просто так… – Тимо сидел на подоконнике.

Он водил по стеклу пальцем, оставляя морозный след. Будто окно поцеловала сама зима, хотя на улице еще стоял ноябрь.

— Помни, – вдруг произнесла Соль, – что я всегда рядом. И я всегда готова тебя выслушать, Бель.

— Я помню, Соль. Спасибо. Главное, не забывай, что и я тебе не чужая.

Соль подняла на нее взгляд. Она хотела ей что-то сказать. Очень хотела. Но… почему-то прикусила язык и промолчала.

— Пора собираться на службу. – Соль поставила тарелку с кружкой на поднос. – Я даже успела соскучиться по отцу Робинсу.

— Тебя стали привлекать мужчины в рясе? – пошутила Эбель.

— Замолчи. – Она кинула в подругу подушкой.