Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года - Элис (Арису) Арисугава Страница 85

— Четыре, – ответил Такахико, и наш предводитель коротко присвистнул.

— Не падайте духом. Примерно через час взойдет солнце. Мы должны спуститься все вместе. Легкого пути не будет. Среди нас есть раненые, но здоровые понесут их, и мы все вместе спустимся вниз. Ждем еще час.

— Йоу! – Юко подняла кулак, улыбаясь сквозь слезы.

Самый плачевный вид был у меня, и я почувствовал неловкость.

— Ладно, давайте разожжем костер. Пусть горит ярче, чем в первый день. Будем сидеть у костра и петь песни в ожидании рассвета. Если хотите танцевать, танцуйте.

— Пойду принесу дров, – сказал Такахико.

— Возьмите фонарики и ходите группами по пять-шесть человек. Минимум по двое! – строго напомнил Эгами. Пятеро отправились за дровами.

— Эгами, пойду принесу набор для первой помощи. – Риё, сидевшая около меня, поднялась с места. В темноте лесной чащи все получили более или менее серьезные порезы.

Сначала она подошла с аптечкой ко мне, но я отказался. Когда я прилег, мне стало намного лучше. Тогда Риё подошла к Руми и перевязала ноги.

Вскоре вернулись пятеро, которые ходили за дровами, и сложили большой костер. Эгами и Нацуо порвали привезенные из дому книги в мягких обложках и дневники, подожгли и бросили в костер.

— Гори, гори ясно! – бормотал Нацуо, словно читал заклинание, и постепенно огонь осветил лица всех собравшихся вокруг. Как и в первый вечер у костра, раздались крики одобрения, аплодисменты и свист. Лед ужаса понемногу таял. Никогда еще я не был так благодарен огню.

— Тепло, – сказала Юко, протягивая ладони с очаровательной улыбкой.

Эгами с удовлетворением посмотрел на костер, который теперь горел ярко.

Отличная идея, босс.

— Кто-нибудь, спойте! – сказал Такахико, но добровольцев не нашлось. По лицам было видно, что народ не знает, что можно спеть в такой ситуации.

— У меня есть заказ, – сказал Эгами. – Почему бы участникам туристического клуба и отряду Нацуо совместно не спеть нам студенческий гимн университета Юрин? А жители Кансая с удовольствием их послушают.

— Студенческий гимн? Да я его и не помню.

— О, Peace! Ты не патриот! – воскликнула Юко.

— Тогда уж лучше песню болельщиков. «Вперед, Юрин!»

Юко согласилась с предложением Нацуо. После небольшого обсуждения решили петь песню болельщиков.

— Запе-вай! – крикнул Нацуо. – Раз, два, три!

Кровь молодая в жилах кипит,

Враг перед нами не устоит.

Ветер над полем битвы несется,

Песня победная в нем раздается.

Настроение значительно улучшилось. Ода смеялся, аплодируя:

— Отличная песня!

— Признаете поражение? А вы что исполните?

Под натиском Нацуо Эгами прочистил горло и дал нам указания. Я самостоятельно встал.

— Мы споем «Операция “Неизвестное”»[74].

Сказав это, Ода внезапно закричал, и это было сигналом к началу песни:

Таинственный крик, разрывающий тьму.

Кто? Кто? Кто?

Даст ли дьявол сегодня знать о себе?

КИД! КИД! В погоню за тайной!

КИД! КИД! Загадку раскрой!

Let’s go!

Это была заставка старого телевизионного сериала, где часть текста мы заменили на аббревиатуру КИД.

— Тупо и весело! Как обычно. – Даже Такахико смеялся, словно говоря: что с вами поделаешь!

Чтобы Риё и Руми не пришлось петь вдвоем, Клуб изучения детективов поддержал их студенческий гимн нестройным бэк-вокалом.

Как всегда, замысел Эгами сработал идеально. Кажется, нам удалось восстановить запас энергии. Сам же Эгами время от времени украдкой поглядывал на восток, ожидая восхода солнца. 4:25. Осталось недолго.