След на болоте - Андрей Посняков Страница 86

— Ну-у… До получки немножко осталось, — честно признался Пенкин.

— Хм… — Христофоров покачал головой… и, вытащив из кармана портмоне, протянул молодому коллеге новенькую красненькую десятку. — На вот! Потом с командировочных отдашь.

— Спасибо, Аркадий Тимофеевич! — от души поблагодарив, Сергей все же не удержался и съязвил: — А купюра-то новая!

— Думаешь, с того самого дела? Ну-ну… — хохотнув, прокурор тут же помрачнел. — Эх, Алтуфьев, Алтуфьев! Такого подозреваемого выпустил… Теперь уж и не знаю, как… Ладно, может, тебе, Сергей, повезет… Хотя бы со вторым убийством справимся! Да, ты сразу перед обедом на вокзал загляни, в кассу. Если что — я позвоню. Билетов-то может и не быть — лето.

— Да думаю, будут, — пожал плечами Сергей. — Это же не Ялта, а Сыктывкар! Ну разве что очередь может быть…

* * *

Вернувшись с обеда, Алтуфьев заглянул было к Пенкину, но, не застав его там, не поленился и зашел в приемную…

— Пенкин? — отрываясь от телефонной трубки, переспросила Ниночка. — Так он и не придет уже. Пока билеты купит, пока соберется… А, вы же не знаете! Шеф его в командировку посылает, в Сыктывкар. На целых три дня! А вы что-то важное от него хотели?

— Да нет. Просто в книжном на Энгельса антология польской фантастики. «Случай Ковальского» называется. Я вот не знаю, есть у него или нет…

— Ой, Владимир Андреевич. Все-то вы про свои книжки! Теперь уж через три дня, чего уж.

Ну через три так через три. Правда, за это время сборник и раскупить могут…

* * *

— Здравствуйте!

У кабинета на скамеечке дожидались двое — парень и девушка.

Алтуфьев поздоровался и вытащил ключ.

— А… мы, наверное, к вам… — поднявшись, несмело проговорила девушка, симпатичная блондинка в красном коротком платье. — В газете объявление прочитали… Ну вот… Артур, дай…

Парень — высокий худой брюнет в очках и клетчатой рубахе, как у знаменитого Шурика, — вытащил из нагрудного кармана сложенный вчетверо газетный листок из местной районной многотиражки «Серп и молот», прозванной остряками «Рога и копыта», и протянул следователю.

— «Туристов, отдыхавших 8–9 мая на реке Мокше, просят обратиться в районную прокуратуру, к старшему следователю Алтуфьеву В. А.».

Вот же черт! Честно говоря, уже мало кто и надеялся, хотя объявление Ниночка исправно подавала в редакцию вот уже третью неделю подряд.

— Мы из Ленинграда вообще-то… Случайно увидели.

Ага, теперь понятно…

— Вы ведь — следователь Алтуфьев?

— Да, — распахнув дверь кабинета, следователь приветливо кивнул. — Алтуфьев, Владимир Андреевич. Заходите, ребята!

* * *

Ничего особенно интересного ленинградские студенты не рассказали. Хотя… как посмотреть!

— Нас пятеро было, мы с Гришей, еще Лешка с нашего курса и двое девчонок — Катя и Лена. Мы с Гришей в одной байде плыли, а девчонки — с Лешкой. Да, по Мокше… Хорошая речка, бодренькая… а в мае-то — так даже слишком! Но мы же походники, со школы еще… Верно, Гриша?

— Угу…

Девушку звали Мариной, и было видно, кто в этой паре главный.

— Гнилая Топь? А где это? — удивленно моргнула она.

— Так там, где мы дневку делали, помнишь? — поправив очки, пришел на выручку Григорий. — Урочише там недалеко… и заброшенная деревня — я по карте смотрел…

— Но мы туда не ходили, мы лодки заклеивали — на камни налетели…