Человек, который умирал семь раз - Ясухико Нисидзава Страница 88

— Я все прекрасно понимаю, буду молчать.

— Спасибо. Ценю.

— Не подумайте, что я хочу услугу за услугу. – Я ликовал в душе, думая, что у меня появился хороший предлог. Перед тем как спуститься на кухню, я всю голову изломал над тем, что бы такое придумать, чтобы привлечь всех. – Но у меня есть просьба.

— И какая же?

— У нас сегодня последний день. Не могли бы вы помочь организовать в большом зале что-то вроде продолжения новогоднего ужина? Чтобы все были. До вечера.

— Мочь-то я могу, но… – тетка Котоно посмотрела на меня с недоумением. Этим взглядом она словно хотела напомнить мне, что я еще несовершеннолетний, а в таком возрасте не дело устраивать банкеты. – Впрочем, до вашего отъезда ни у кого особых планов быть не должно, хотя…

— Ну пожалуйста. Обещаете? Только чтобы обязательно все пришли. И Цутия, и Томори, и Киёко. И дед, конечно.

— Ладно. Только не позволяй деду много пить, – нахмурилась тетка. – У него и без того проблем хватает. Хотя ты не знаешь, наверное…

— Имеете в виду случай, когда он потерял сознание на несколько минут, а вы испугались и советовали ему провериться у невролога?

— Тебе и это известно? Откуда ты берешь информацию?

— Дед рассказывал, – поспешно перебил я тетку, пока она не начала допытываться дальше. – Ему нельзя много пить. Важно, чтобы он обязательно присутствовал. До вечера.

— Ну хорошо. Не знаю, для чего это нужно, но я сделаю, как ты хочешь. Попрошу Киёко приготовить угощение поскорее.

— И, пожалуйста, не говорите никому, что я вас попросил. Пусть думают, это ваша идея.

— Хорошо-хорошо. Сделаю, как ты хочешь.

— Спасибо вам большое. Будет здорово, если мы начнем до полудня.

— О'кей. Тогда за дело.

— Да, вот еще что, тетя, – сказал я, решив воспользоваться случаем, чтобы прояснить все, что меня интересовало. – Вам имя Сёто Кавадзоэ о чем-нибудь говорит? Или Маю Цуруи?

— Кавадзоэ? Нет. В первый раз слышу. Цуруи?.. Тоже не припоминаю. Кто эти люди?

Мне показалось, что она говорит правду. Получалось, что дед один, не впутывая тетку Котоно, вел отца и дядю к краху.

— Нет обращайте внимания, это просто так.

Наблюдая за тем, как тетка шагает к главному дому, я впервые за последнее время испытал облегчение, будто гора с плеч свалилась. От сердца отлегло. Убийство не может повториться снова. Если все соберутся вместе в большом зале и будут у меня на глазах, с дедом ничего не случится. Как я уже говорил, седьмой круг должен стать «генеральной репетицией» для предстоящего финального, восьмого, круга. Это последний шанс предпринять новую попытку и определить способ, которым в конце концов можно предотвратить убийство. И неожиданно помогла мне в этом тетка Котоно.

Все так. Но лучше еще подстраховаться. Я отправился в приемную и забрал оттуда вазу с орхидеями. Твердо удостоверившись, что меня никто не видит, отнес ее в старый дом. Еще раз проверив, не смотрит ли кто через окно, с предельной осторожностью спрятал вазу в кладовой. Дело сделано! Я устранил орудие убийства. Бояться больше нечего. Какая бы неожиданность ни случилась, можно быть уверенным в одном: деда никто не убьет. Моя убежденность в этом была глубже, чем Японское море.

Голова чуть не кружилась от радости, я не мог усидеть на месте и направился в большой зал, где решил дожидаться остальных. Зал был пуст. Разумеется, и фусума, и сёдзи, и окна были в целости и сохранности, с какэмоно тоже все в порядке. Чудесное преображение зала производило впечатление и вызвало у меня улыбку, хоть я и хорошо знал, как работает перезагрузка.