Отдай свою страну - Ирина Дегтярева Страница 89

— Будем считать, что ты устроил боевую тревогу. Пусть не спят в охранении, болваны, – Санчес потер ссадину на локте. – Впрочем, они, кажется, справились…

— Один раненый, один убитый, – сообщил Жозеф, покосившись на подошедшего вместе с Марио крупного мужчину в камуфляже. – Тони я уже вытащил пулю из руки. С ним все в порядке. А погиб один из новоприбывших.

— Тот который с ожогом? – заметно расстроился колумбиец.

— Нет, другой. С родными не погиб, так смерть все равно догнала.

— Это Жозеф, это Нельсон, – представил их друг другу Марио и, не собираясь вдаваться в объяснения, спросил: – Тони останется у тебя в домике? Пригляди за ним. Нельсон переночует у меня.

— Что делать с трупами? – Жозеф, конечно, имел в виду нападавших.

— Сделай из них чучела! – разозлился Санчес. – Что за глупые вопросы? Закопаем их южнее лагеря за деревьями, и дело с концом.

* * *

— «Антибалака», – настойчиво повторил Рин, тот самый обожженный парень из ближайшей к прииску Санчеса деревни. Рин проникся идеей создания движения сопротивления бесчинствам «Селеки». – Они на нас с мачете. Мою жену так изрубили… И мы должны. Пусть будет «Антибалака». Это значит – анти-мачете.

Жозеф и Санчес переглянулись, вспомнив прозвище колумбийца. Они сидели за столом под навесом, обедали и обсуждали дела.

Нельсон держался в стороне от других. Сел на дальний край стола и хлебал сосредоточенно суп, который приготовил почти оправившийся от ранения Тони.

Несколько раз местные, кто чудом спасся от «Селеки», порывались расправиться с Нельсоном, но Санчес останавливал их, убеждая, что Гранд будет чрезвычайно полезен в борьбе и по своим физическим данным, и потому, что был близок к Джотодии, а это в будущем, возможно, поможет его свергнуть.

Гранд слышал их угрозы и только улыбался. Он сблизился с Тони и, пока тот готовил обед на небольшой газовой плитке, долговязый Гранд терпеливо работал подсобником – мыл овощи, чистил, менял газовый баллон, если возникала необходимость, и часами слушал рассуждения начитанного Тони на самые разные темы, разинув рот.

— Да, люблю образованных людей, – сообщил он Санчесу как-то вечером. Гранд прижился в его домике, а Тони остался у Жозефа. – Жаль я не мог учиться…

— Мозги не варят? – пошутил Санчес.

— Бедность, – без обиды со вздохом пояснил Нельсон. – Что я от хорошей жизни в охранники пошел? Ты-то, небось, тоже.

Колумбиец не ответил…

— «Антибалака»? – переспросил Санчес, словно пробуя слово на вкус. – Мне не нравится, – он подумал было, что это может вызвать нежелательные ассоциации с его прозвищем, особенно если узнают о его участии в организации сопротивления. Но рассудив здраво, отбросил эту мысль. – Не отражает сути.

Под навес зашел только приехавший Симэнь. Он услышал и предложенное название, и возражения Санчеса.

— Думаю, хорошее название, боевое. Если ты говоришь о религиозной подоплеке, название и не должно ее отражать. Ни к чему это. Просто народный гнев.

— Называйте, как хотите! – отмахнулся Санчес. – В конце концов, вам воевать.

Он уже успел осознать, что ситуация выходит из-под его контроля. Медленно, но верно разгоревшееся в обездоленных людях чувство мстительности перерастет в стихийную бойню, и он понимал, что название «Антибалака» будет только излишне подогревать и подчеркивать эту хаотичную направленность будущей борьбы. Да, собственно, борьба уже ведется. Разрозненные группы действуют, отвечают на бесчинства «Селеки». Задача состояла и в том, чтобы их объединить.