Эндшпиль с бриллиантовым конем - Марина Болдова Страница 92

Мать нехотя направилась к двери.

Анатолий остался в палате один. Голова побаливала, но терпимо. Руки-ноги были целы, он был готов уйти отсюда прямо сейчас, потому что беспокойство за Аксинью нарастало. Во-первых, он боялся за ее жизнь, как бы ее там не охраняли. И во-вторых, после слов матери о том, что сейчас в квартире Ксю с любовницей отца один на один, Анатолий насторожился. Зная отношение своей подруги к женщине, он подозревал, что вряд ли Милорада и Аксинья мирно попивают чай с плюшками. Если не битва, то уж ссора между ними наверняка произошла.

Будь он рядом, он встал бы на сторону Ксю, никак иначе. Даже, если где-то она и не права!

Толик, представив, как Аксинья жестко, не выбирая слов, выговаривает отцовской любовнице, улыбнулся. Он хорошо знал характер подруги — та быстро вспыхивала, но и так же быстро наступал «отходняк». Сдувшись, как праздничный шарик, она могла молча смотреть в одну точку, отвернувшись от оппонента. Потом делала вид, что ничего такого и не произошло. Что бы он сделал сейчас, окажись Ксю рядом? Сграбастал так, чтобы пошевелиться не смогла, и держал, прижав к себе, пока не запросит пощады. И при малейшей попытке что-то сказать, закрывал бы ей рот поцелуем…

Он прислушался, за дверью разговаривали двое. И одним из собеседников был майор Костин.

* * *

Аксинья хотела было выйти из комнаты, чтобы Милорада спокойно поговорила с родными, но та остановила ее, удержав за руку. Пальцы женщины были ледяными на ощупь, Ксю вздрогнула и невольно дернулась.

— Замерзла? — недоверчиво спросила она, стараясь сгладить неловкость от своего непроизвольного жеста.

— Не обращай внимания, у меня все конечности холодные даже в жару. Не уходи, я поставлю разговор на громкую связь, чтобы потом не пересказывать. Набираю?

Аксинья кивнула и уселась с ней рядом на диван.

Мать Милорады ответила на вызов сразу.

— Доченька, как ты? Что случилось с Федором? — прозвучало с такой тревогой, что у Аксиньи запершило в горле — о ней никто так не беспокоился!

— У Федора остановилось сердце, помощь опоздала. А я в порядке, со мной Аксинья, — коротко ответила Милорада.

— Ты что-то от меня скрываешь, так?

— Ничего такого, приедете, расскажу. Что там делает Лада? Можешь передать ей телефон?

— Да она уже рядом. Ладушка, поговори с мамой.

— Солнце мое, здравствуй. Чем ты сегодня занималась?…

Пока Мила ворковала с дочкой, виновато поглядывая на Аксинью, сама Ксю сидела в смущении. Она словно подсматривала в замочную скважину, подслушивала чужой разговор, совершенно не зная, как к этому относиться. С одной стороны, она — слушатель невольный, вроде бы что уж тут стесняться? С другой, слишком непонятным для нее был этот почти птичий щебет мамочки и дочки. Словечки, значение которых были ясны только им двоим, произносимые названия мультиков, имен персонажей были ей, Аксинье, неизвестны. Кто такая эта Леди Баг, барашек Шон, Дуда и Дада?! Ксю не слышала о них, да и где бы? Милорада же серьезно обсуждала с дочерью их приключения.

— Ладушка, я позвоню тебе еще раз, и мы поговорим, хорошо? А сейчас у меня к тебе очень важное дело. Мне нужна твоя помощь. Поможешь?

— Да, мамочка, — девочка сразу стала серьезной.

— Ты помнишь такого красивого коняшку с камешками, с которым ты долго играла?