Лимб - Лора Кейли Страница 93

— Неприятно, – согласился Фрэнсис. – Так, получается, того времени больше нет?

— Нет, – кивнул профессор, – но и наше время отныне не то чтобы наше. Оно ведь тоже теперь изменилось. Вы видели эти разрушенные здания?

— Да, но я так до конца и не понял, что же с ними случилось…

— А я понял! И знаете почему?

— Потому что вы физик?

— Нет, молодой человек! Потому что я слишком стар и помню, – он подошел к книжному шкафу, – помню, когда эти здания еще возводились! Вот, – он протянул Фрэнсису старую газету, – я достал ее из архива.

Газета была за 1953 год.

Фрэнсис прочитал заголовок: «Компания Big Town выиграла тендер на строительство десяти небоскребов у компании Cityscape».

— Это в нашей реальности они выиграли, – улыбался профессор, – а в другой проиграли, понимаете?

— И теперь из-под земли вылезли здания компании Cityscape, – понял, наконец, Фрэнсис.

— Именно! Именно, офицер! Поэтому я и сказал, что и наша реальность уже не совсем наша, но с этим теперь ничего не поделать.

— И это все из-за вспышки на солнце?

— Из-за огромной, небывалой вспышки на солнце!

— По радио сказали, что эта магнитная буря была сильнейшая за последние сто лет.

— Дело в том, – чесал небритый подбородок ученый, – что само понятие «магнитные бури» появилось лишь в девятнадцатом веке, но отсутствие понятия не означает отсутствия явления как такового, не правда ли?

Фрэнсис кивнул.

— Вы вот знаете, какое количество заявлений о пропавших без вести поступило в полицию за последние пару дней?

Фрэнсису было стыдно, но он не знал.

— Я думаю, немало, – ухмыльнулся профессор. – И сколько еще поступит. Вот вы думаете, откуда берется такое явление, как двойник?

— Похожие люди…

— Может, и так! А может, время все так же схлопывалось и раньше? Двести или триста лет назад. Нам теперь того не узнать. Эти вспышки на солнце – настоящий взрывной процесс выделения световой, кинетической и тепловой энергии, а если взрывы случаются сразу в двух, а то и в трех временных плоскостях, представляете, что происходит? Одна из линий может исчезнуть совсем, из двух образуется одна, а люди, не попавшие во временной коридор, так и останутся между ними, в так называемом забытьи…

— Где? – не понял Фрэнсис.

— Я зову это Лимбом. Когда я был чуть моложе, то изучал эту тему, вот и сейчас мне пришлось к ней вернуться. Те, кто пропал бесследно, были просто выброшены за борт всех временных параллелей.

— И их никак не найти?

— Можно найти портал, но это почти невозможно. Один процент из ста, что это может случиться. Желательно понять, где пропал человек, – может, там он и появится снова. Но это, как я уже сказал, только предположение, мой друг, только предположение.

— Если это явление редкое, – начал понимать что-то Бейли, – значит, такого больше не повторится?

— В ближайшее время нет. По крайней мере, при нашей жизни, – выдохнул Генрих Кац. – А следующее поколение его и не вспомнит.

— Не вспомнит, – согласился с ним Фрэнсис. – Так что же будет с домами? Да что там с домами, с пропавшими и спятившими людьми?

— А разве не было до того катаклизмов? – улыбнулся ему профессор. – Разве не было разрушенных улиц и психов, бродивших по ним? Кого надо, посадят, что надо, забудут, и все будет как прежде, все просто продолжат жить. Любая буря сменяется штилем, чтобы потом начаться вновь. Но мы с вами этого уже не увидим. Не на нашем веку.