Зуб мудрости - Лэй Ми Страница 93

И тогда настоящему Ван Юньпину стало ясно: офицер Сун был прав. Этот человек действительно сошел с ума.

Но когда наблюдение уже начало казаться бессмысленным, все изменилось.

* * *

Рабочий Ван Юньпин в тридцать восьмой раз за вечер показал фотографию Тун Гоцая – на этот раз старику с грузовой тележкой. Настоящий Ван Юньпин, стоя на углу, закурил, ожидая очередного разочарования. Но старик с тележкой, полной макулатуры, узнал человека на снимке. Он закивал, постучал себя по лбу, затем уверенно указал направление.

Ван Юньпин машинально посмотрел туда – в сторону темного многоэтажного дома с редкими огоньками в окнах. Что скрывалось за ним – или еще дальше?

Когда он обернулся, рабочего уже не было. Вдалеке мелькнула его фигура – он бежал, как тогда в ресторане, со всей яростью, с какой обычно впахивал. Невероятно, но после дня, проведенного за перетаскиванием цемента, он несся вперед с неослабевающей скоростью.

Ван Юньпин бросился за ним, но после нескольких шагов почувствовал, что не может угнаться. Тогда он помахал рукой трехколесному такси, которых в этом городе было множество:

— За ним! Следуйте за ним!

Бегущий человек и тарахтящий мотороллер устремились вперед. Они мчались по улицам мимо освещенных гостиниц, по темным переулкам. В холодном ночном воздухе Ван Юньпин чувствовал, как от фигуры впереди исходит жар. Тот будто светился изнутри. Даже в самой густой тьме его было видно – он не останавливался, не сбавлял шаг.

Светящийся рабочий Ван Юньпин добежал до окраины – это была мусоросортировочная станция. Когда учитель Ван Юньпин расплачивался, водитель спросил:

— Он что, из национальной сборной по бегу?

А в этот момент рабочий Ван Юньпин припал к земле, как большая кошка, и напряженно всматривался в мусорные горы впереди. Его поза заставила настоящего Ван Юньпина невольно напрячься – он тоже встал на четвереньки и подполз рядом. Учитель попытался разглядеть то же, что и рабочий, но видел лишь причудливые груды городского мусора.

Рабочий оставался сосредоточен. Учитель осторожно спросил:

— Что ты ищешь?

Тот повернулся к нему:

— Моего врага.

— Нашел?

— Пока нет. Но говорят, он каждый день приходит сюда за мусором.

Учитель Ван Юньпин выпрямился. Перед ними лежала безмолвная свалка – ни души. Он потянул рабочего за руку:

— Пойдем. Уже поздно – здесь никого нет.

Выйдя со свалки, учитель Ван Юньпин предложил выпить. Мужчина немного помедлил, но покорно последовал за ним.

В забегаловке у мусорного полигона они ели молча, почти не разговаривая. Рабочий уплетал еду с жадностью – огромная порция свинины исчезла в мгновение ока, остатки бульона и обрезки он дочиста подобрал хлебом. Учитель Ван Юньпин видел, что тот давно наелся, но продолжал есть, словно зверь перед спячкой, накапливая энергию. Его взгляд, горящий почти фанатичной надеждой, был прикован к одному углу стола.

Когда последний кусок исчез у него во рту, рабочий Ван Юньпин уже давился, глаза налились слезами. Учитель Ван Юньпин поспешил налить ему воды. Тот осушил стакан одним глотком, вытер рукавом губы, похлопал по животу – видимо, остался доволен.

— Э-эй! – Он потянулся, расправляя плечи. – В этот раз он не уйдет!

Под светом лампы шрам на его голове казался особенно заметным. Учитель Ван Юньпин смотрел на этого уверенного в себе человека и не находил слов. Тот явно утонул в своих фантазиях – его «враг» был где-то рядом, и рабочий Ван Юньпин горел желанием действовать.