Костяной шар - Елена Леонова Страница 94

— Сработало! Спасибо.

— Не за что, — улыбнулся Мирон.

Филипп надел на голову фонарь и огляделся.

— Где мы?

Лучи света забегали вокруг, выхватывая из мрака каменные древние стены.

— Похоже, мы в каком-то помещении, — предположила Яна.

— Странно, — Смирнов приблизился к стене, рассматривая её и потолок. — Помещение практически под субурганом. Но зачем оно тут? В ступы не разрешалось заходить людям.

— Видимо, мы наткнулись не на простой субурган, — прокомментировал Мирон.

— Там проход! — воскликнула Яна, указывая на восточную стену, где виднелся дверной проём, ведущий в темноту. Она сделала несколько шагов в указанном направлении.

— Стой! — крикнул ей писатель. — Не ходи туда, пока мы всё здесь не осмотрим.

— Ребят! Вы как там?! — сверху донёсся глухой крик Али.

Яна вернулась к свисающему канату.

— Всё нормально! Филипп в порядке. Мы скоро поднимемся!

— Не думаю, — услышала Яна голос писателя, который переместился к западной стене.

Она подошла к нему с удивлённым выражением лица.

— То есть?

— Возможно, мы находимся в нужном месте. Глядите! — он указал вперёд, и в свете фонаря все трое увидели выдолбленные в камне тангутские иероглифы.

Глава 26. Китай. Внутренняя Монголия. Вторник. 17.40

Мирон приблизился к надписям на стене, внимательно их разглядывая. Он ощущал невероятное воодушевление от происходящего с самого начала путешествия. То, о чём он так долго мечтал, к чему стремился на протяжении многих лет, наконец воплотилось в жизнь — он отправился на поиски загадки, занимавшей его мысли долгие годы.

Ещё будучи студентом, Мирон всегда хотел стать частью чего-то большего, нежели работа на археологических раскопках. Как и многие, обучаясь в университете, он скучал на первых курсах. Монотонная и кропотливая работа с найденными в земле артефактами представлялась ему неинтересной. Молодой человек всегда смотрел вперед, надеясь не просто принять участие в экспедициях в будущем, а отыскать и явить миру сенсацию, встать у истоков невероятного открытия, прославиться. Именно эти желания в конечном счёте помешали Мирону сосредоточиться на учёбе. Он бросил институт и присоединился к волонтёрам научной экспедиции в Средней Азии, надеясь получить больше опыта не на скамье в вузе, а участвуя в настоящих исследованиях. Однако дальше участия в раскопках он не продвинулся. Не имея законченного высшего образования, он не получал серьёзной работы. Мирон вернулся в Москву и восстановился в университете, но вскоре понял — шумная столица не для него. Его тянули сухие степи и пустынные просторы Азии, да ещё и несчастная любовь побудила молодого человека к тому, чтобы собрать вещи и переехать жить в Забайкальский край. Там он устроился работать в краеведческий музей, а в свободное время изучал языки и пропадал вечерами в местной библиотеке, читая всё, что мог найти об истории Монголии и Китая.

— Пап, ты можешь прочитать эти иероглифы? — спросила Яна, наблюдая, как отец застыл перед стеной, медленно водя пальцами по древнему камню.

— Пока не уверен…

— Тут же на тангутском? — Филипп также всматривался надписи.

— Похоже, что да. Некоторые иероглифы мне знакомы, но другие… хм…

Мирон нахмурился.

— Так… так… Ну-ка, подойдите ближе, света не хватает. Ага, вот, — краевед почти вплотную приблизил лицо к стене, внимательно рассматривая надпись. Иероглифов было несколько, но не много. Они располагались в четыре ряда друг над другом, по четыре символа, и лишь в последнем ряду иероглифов находилось два.