Барон Аминин и смерть в маскараде - Василий Загорский Страница 95

— Я намекаю на то, что даже самой злой эпиграммы недостаточно, чтобы подло, исподтишка убить человека, – отвечал Аминин. – А именно это вы хотели сделать с Пушкиным у Фикельмонов.

— Вы, видно, полагаете себя всеведущим, – процедила Полетика сквозь зубы. – Откуда вам знать, чего именно я хотела?

Аминин отвечал, что нет ничего проще. Ведь именно госпожа Полетика науськала Измалкова-старшего на Пушкина, сказав, что тот на маскараде у Фикельмонов. Правда, Идалия Григорьевна не была уверена, что Афанасий Иваныч доведет дело до конца, поэтому под шумок сама ударила Пушкина ножом. Дело было во время вальса, когда танцевальные фигуры меняются мгновенно, и вместо Пушкина под нож попала Анна Тимофеевна. Полетика быстро сунула окровавленный нож ошеломленному Измалкову, стоявшему рядом. К несчастью, рука ее была запачкана кровью Анны Тимофеевны. С ладоней кровь оттереть еще удалось, а вот из-под ногтей она сходит гораздо медленнее. Именно поэтому несколько дней госпожа Полетика везде, даже дома, ходила в перчатках – в том числе и в тот памятный день, когда он, Аминин, был у нее в гостях.

Слушая надворного советника, Идалия Григорьевна сузила прекрасные свои глаза, а под конец даже топнула ножкой в пол.

— Вы весьма наблюдательны, – свирепо проговорила она. – Однако вам это никак не поможет.

Аминин пожал плечами.

— Оставим в покое мою скромную персону. Скажите лучше, куда вы увезли Настасью Афанасьевну?

— Она в надежном месте и никому больше не причинит вреда, – отвечала Полетика. – Не так ли, господин Измалков?

И она с улыбкой перевела взгляд на Георгия Афанасьевича, который все это время стоял словно окаменелый. Неожиданно тот улыбнулся в ответ – восторженно и несколько искательно.

Надворный советник тоже взглянул на Измалкова-младшего, и лицо его потемнело.

— Ах вот в чем дело, – сказал он хмуро. – Признаться, были у меня на ваш счет кое-какие сомнения, но я и подумать не мог, что вы так просто отдадите свою сестру этим мерзавцам!

Глухая ненависть исказила лицо молодого человека.

— Она не сестра, она блудница, – проговорил он гневно. – Если ее не убить, сын ее и Пушкина станет Антихристом.

— Ну разумеется, – поморщился Аминин. – Ведь именно так утверждают ваши полоумные масоны.

Измалков-младший засмеялся смехом тяжелым и скрежещущим, словно мимо проволокли мешок с булыжниками.

— Масоны тут ни при чем, – отвечал он. И добавил торжественно: – Так сказали волхвы!

И посмотрел на Полетику. Та поощрительно улыбнулась ему. Аминин пожал плечами: что за глупости, какие еще волхвы, что они вообще могут знать о будущем?

— Волхвы знают все. – Полетика поджала губы. – Они знают даже, откуда явились вы с вашим помощником и зачем именно вы здесь.

— И зачем же? – с неожиданным любопытством спросил Аминин.

Полетика перевела взгляд на Георгия. Она, пожалуй, скажет… Да, она скажет, вот только молодому человеку эту тайну знать не обязательно.

— Велите мне выйти? – с готовностью спросил Георгий.

— Не нужно, – улыбнулась Полетика, подняла пистолет и навела его прямо в лоб Измалкову. Тот поменялся в лице, открыл было рот, но грянул выстрел, и молодой человек замертво рухнул на пол. – Мавр сделал свое дело, мавр может умереть.

Аминин взглянул на убитого, потом поднял глаза на Полетику. В глазах его плескалась тьма. Но Идалию Григорьевну это не смутило.