Предел терпения - Челси Бикер Страница 96

— Мы рады, что ты здесь, мама, – сказал он.

Она глубоко вздохнула. Ее настроение омрачилось.

— Я не могу остаться навсегда, ты ведь понимаешь. Какие у вас планы?

Муж посмотрел на меня.

— Клов как раз над этим работает. Мы оба над этим работаем.

— Клов? – переспросила она так, будто меня здесь нет. – Ой, да ладно!

— Тутси, – сказала я, – хочу поставить тебя в известность, что у меня на примете есть очень хорошая няня. Возможно, это идеальный вариант.

— Тогда чего же вы ждете?

— Я должна убедиться, что она не… – Безответственная, опасная, что она не посадит детей на заднее сиденье своего «шевроле» и не съедет с обрыва. Можно ли такое узнать наверняка? Но я старалась. Старалась изо всех сил, чтобы делать то же самое, что другие матери делают не задумываясь. – …Что мы сможем согласовать расписание.

— Клов обладает феноменальной способностью замечать мельчайшие детали, которые многие упускают из виду, – вставил муж, – в характере и поведении других людей. У нее потрясающая интуиция. – Как мило с его стороны. Хотя бы попытался. Явно посмотрел тот видеоролик Брене Браун[13], который я то и дело отправляла ему в течение двух лет.

— Мельчайшие детали? – Тутси фыркнула в газировку. – Узнать, компетентен специалист или нет, – что в этом сложного? Но, Клов, у тебя недостижимые стандарты. Я не побоюсь сказать: эконяню найти невозможно!

Я молитвенно сложила ладони и воззвала:

— Тутси, поверь, я – смогу. Уже смогла.

Официантка налила мне воды.

— Ваше лицо кажется мне знакомым, – заметила она.

Я улыбнулась.

— Мы живем в этом районе.

Она нахмурилась.

— Нет, не то.

Я и забыла о ней, но, идя на выход, мы наткнулись на нее в дверях.

— Вспомнила: вы работаете в «Дарах земли».

Я наклонилась и сделала вид, что вытираю лицо Ларку.

— Наверное, у меня есть сестра-близнец.

— Хотите сказать, вы там не работаете? – уперлась официантка. – Потому что я никогда не забываю лица. Ну, знаете, бывают люди, у которых плохая память на лица, а у меня как бы противоположный случай. Вы сказали, что у меня, по всей видимости, истощение надпочечников, и бесплатно вручили пробник «Гайя хербс». Кстати, попали в самую точку. – Ох уж эта нынешняя молодежь, такие дерзкие и уверенные в своей правоте.

— А что, это на тебя похоже, – весело заметил муж. – Клов любит поговорить о надпочечниках.

— Я провожу в «Дарах» так много времени, что нетрудно перепутать и решить, будто я там работаю, – пробормотала я, взглядом намекая, чтобы девица свернула тему. – К тому же славлюсь настойчивостью в плане рекомендаций по приему БАДов.

— Когда работаешь в обслуживании, своих узнаешь с ходу. И на вас была униформа универсама.

— Тем не менее я там не работаю, – сказала я с бо́льшим нажимом, чем хотела бы.

Муж повел нас к выходу, кидая на меня странные взгляды.

— Что? – вспылила я. – Я там не работаю! Чушь какая!

— Может, у тебя есть секретная жизнь, о которой мы не знаем?

— Ты серьезно?

Ларк наступил ему на ногу, и муж притворно взвыл, подхватил сына на руки и поцеловал в щеку. Мне нравилось, что он всякий раз, беря детей на руки, целует их в щечку.

— Нет, – ответил он, – не серьезно. А ты?

— Хватит, проехали.

Мы сели в машину, и я пристегнула детей. Я чуть было не попалась. Чудом выкрутилась. Но едва я успела отдышаться, как Тутси начала снова.