Кто шепчет в темноте? - Джон Диксон Карр Страница 96

— Я сам только что говорил с мисс Сетон, – продолжал он. – И услышал достойную жалости историю целиком. – В выражении его лица смутно угадывалась свирепость. – Что дало мне возможность дополнить подробностями мои собственные догадки и почти точные попадания. – Когда его лицо сделалось еще более свирепым, доктор Фелл поднял руку, чтобы поправить пенсне, а заодно заслонить от света глаза. – Однако все это, понимаете ли, означает новые треволнения.

Тревоги Майлза успели усилиться.

— Что вы имеете в виду под треволнениями?

— Хэдли будет здесь с минуты на минуту с тем – гм, – чтобы исполнить некоторую формальность. Результат покажется неприятным одной персоне в этой комнате. Потому я и подумал, что лучше мне оказаться здесь раньше его и предупредить вас. Я подумал, мне лучше объяснить определенные моменты, о которых вы могли еще не догадаться.

— Определенные моменты? Связанные с чем?

— С этими двумя преступлениями, – пояснил доктор Фелл. Он всматривался в Барбару так, словно только что заметил ее. – О, ага! – выдохнул доктор Фелл, на которого снизошло понимание. – Вы, должно быть, мисс Морелл!

— Да. И я хочу извиниться…

— Фу ты! Уж не за знаменитое ли фиаско Клуба убийств?

— Ну… да.

— Пустяки, – доктор Фелл великодушно отмахнулся.

Он подковылял к потертому креслу, отодвинутому сейчас к одному из окон. Опираясь на трость с загнутой рукоятью, уселся, и кресло, как сумело, приняло его в свои объятия. Доктор откинул назад косматую голову, чтобы задумчиво оглядеть по очереди Барбару, Майлза и профессора Риго, после чего сунул руку в нагрудный карман под пелериной. Оттуда он извлек рукопись профессора Риго, теперь изрядно помятую и потрепанную на уголках.

И достал кое-что еще, знакомое Майлзу. Это была раскрашенная фотография Фей Сетон, которую он видел последний раз в «Белтринге». С тем же свирепым видом, за которым скрывал горестное беспокойство и напряжение, доктор Фелл сидел, рассматривая фото.

— Доктор Фелл, – произнес Майлз. – Погодите! Всего полминуты!

Доктор поднял голову:

— А? Да? Что такое?

— Полагаю, суперинтендант Хэдли рассказал вам, что произошло в этой комнате пару часов назад?

— Хм, да. Он мне рассказал.

— Мы с Барбарой пришли сюда и застали Фей на том месте, где сейчас стоит Барбара, с тем самым портфелем и стопкой испачканных кровью банкнот. Я… э… сунул эти банкноты в карман как раз перед появлением Хэдли. Но мог бы и не утруждаться. Задав множество вопросов, которые как будто должны были доказать вину Фей, он дал понять, что знает все о портфеле.

Доктор Фелл нахмурился:

— И что же?

— В разгар допроса погас свет. Кто-то, должно быть, опустил рубильник на щитке в коридоре. Кто-то, или что-то, ворвался сюда…

— Кто-то, – повторил доктор Фелл, – или что-то. Черт побери, мне нравится, как вы формулируете!

— Кто бы там ни был, он оттолкнул Фей в сторону и выбежал отсюда с портфелем. Мы ничего не видели. Через минуту я поднял портфель с пола в коридоре. В нем не было ничего, кроме трех пачек банкнот и кучки какой-то пыли. Хэдли прихватил все это с собой, включая спрятанные мною деньги, когда уехал вместе с Фей… на машине «скорой». – Майлз скрипнул зубами. – Я перечисляю все это, – продолжал он, – потому что столько было намеков на ее вину, и я хочу справедливости хотя бы в одном. Какая бы причина ни двигала вами, доктор Фелл, вы для чего-то же просили меня связаться с Барбарой Морелл. И я сделал это, что привело к поразительным результатам.