Мирошников. Грехи и тайны усадьбы Липки - Идалия Вагнер Страница 97

Иван в задумчивости походил по кабинету.

– Какую-то историю, подобную зачитанной вами, я слышал еще в раннем детстве. Эта история рассказывалась всегда у нас в воспитательных целях, когда даже подзатыльники и порка не могли развить у мальчишек уважительное отношение к чужому имуществу. В основном это касалось яблок в саду барина. Никакие меры не помогали сторожу сохранять урожай.

Сыч снова замолчал, и через некоторое время спросил: «А какое имя у барина называлось в вашей версии? Я вот что-то имени никакого не припомню в тех историях».

– В обоих записях указывалось имя Ерофей.

– А-а-а! Тогда я, скорее всего, смогу помочь вам. Если указывалось имя Ерофей, то вполне возможно, речь шла о Ерошкиной Погибели – это лес недалеко от моей деревни. Туда категорически никто не ходил, все чего-то опасались. Я плохо представляю, где он находится, но такой точно существовал в моем детстве, нас им страшно запугивали. И с этим место как-то был связан колдун то ли Горюха, то ли Горюн. Я точно не помню. Но говорили, что он один туда может ходить.

– Иван, вы не представляете, как вы мне помогли! У меня все сразу стало на свои места, – Константин даже вскочил с кресла и забегал по кабинету, – когда вы объединили Ерошкину Погибель и колдуна Горюху, я сразу вспомнил, к кому можно обратиться с вопросами! Теперь я знаю, что делать. Еще раз благодарю. Над вашими книгами еще работает Рахель. Когда буду возвращать, обязательно расскажу вам о дальнейших событиях!

Иван с любопытством наблюдал за бурной реакцией обычно очень сдержанного Мирошникова, а потом предложил:

– Вы что же – уже собрались бежать? Мы с вами еще не посидели, не попили вина, то есть, сока. Там на кухне готовится индивидуальный обед для нас с вами. Останьтесь еще. Никуда не денутся ни Ерошкина Погибель, ни колдун.

– Прошу простить, но у меня действительно очень много дел по службе, к тому же, надо проверить вашу версию. Мне не терпится. Возможно, придется выезжать в Липки. Тогда тем более надо завершить дела по службе.

Иван Сыч встал с места и с искренним огорчением развел руки:

– Ну вот. Надеялся, что посижу с приятным, умным человеком, а не получилось. У меня слишком часто бывают встречи в парадном кабинете с не столь интеллигентными собеседниками, а теми, кого надо припугнуть, привести в чувство, поставить на место, указать на это самое место, чтобы запомнилось на всю жизнь

– Тем не менее, вынужден откланяться.

– Ну, что же! Если что нужно будет – заглядывайте. Всегда рад помочь, – Иван подошел к двери, спрятанной за шторкой. – Синица, зайди-ка.

Через пару секунд в кабинете появился Егор Синица.

– Синица, проводи господина Мирошникова, он уходит. Сделай все чин чинарем, чтобы никто ненароком не обидел гостя. Когда уедет, зайдешь ко мне и доложишь, что все в порядке.

– Сделаю.

Синица обратился к Мирошникову:

– Твое благородие, пойдем что ли.

***

Мирошников с трудом заставил себя заниматься служебными делами, понимая, что надо сделать как можно больше, раз опять придется ехать в Липки.

Вечером он отправился в библиотеку, чтобы рассказать Рахель свои предположения. Пришлось подождать, пока Бронислав Бенедиктович и Рахель работали с посетителями. Мирошников сидел за столом и гладил Вольтера, ловя на себе быстрые взгляды девушек у конторки библиотекаря. Наконец, все читатели разошлись, и можно было говорить о своих делах.