Без брака - Татьяна Устинова,Павел Астахов Страница 98

«В половине восьмого, раньше не успею. Спокойной ночи», – пришел ответ.

Что ж, раздражение между строк не считывается. Ну и ладно. Сашка была уверена, что завтра Фома ее не потревожит. У него было чувство такта и какой-то врожденной уместности. Раз накануне они вместе ходили на концерт, он обязательно пропустит день, чтобы его настойчивость не сошла за навязчивость.

Это что же получается, она уже раздумывает о том, как встроить своих парней в график так, чтобы они случайно не пересеклись? От осознания этой мысли Сашку даже в жар бросило. Господи, как низко она пала. Нет, ей надо разобраться в себе и решить, с чем она больше не готова мириться: с изменой Фомы или с холодностью Антона.

Несмотря на все мамины заверения, Сашка точно понимала одно. Если бы у Антона Соколова от нее сносило крышу, то он бы плевать хотел на любые графики и распорядки. Он просто не любит ее по-настоящему, так, как любят только раз в жизни. Так, как Миронов любит ее мать.

А она? Она, блогер Александра Кузнецова, любит Антона так, чтобы забыть обо всем на свете? На этот вопрос у нее нет ответа, и как раз это и страшило по-настоящему. Может, она вообще неспособна на сильное чувство? Тогда какое она имеет право обвинять в том же самом Антона?

На следующий день, когда Соколов приехал к ней домой, ужин, приготовленный Александрой самостоятельно в знак искупления собственных грехов, о которых, впрочем, знала только она, был уже готов. Антон привез бутылку розового вина. Именно такого, как Сашка любила, и ее тронул этот маленький знак внимания. Если бы она была ему совсем уж безразлична, он бы вряд ли запомнил, какое вино ей нравится.

— В честь чего? – спросила она, целуя его в щеку, приятно пахнущую одеколоном.

Щека была гладко выбритой, то есть после работы Антон побрился, зная, что идет к ней на свидание. Еще один штрих, заслуживающий внимания.

— У тебя же сессия закончена, – улыбнулся он. – И у меня тоже. Все, я официально студент шестого курса. В феврале последние экзамены – и все, можно выходить на получение диплома и направления в ординатуру.

— И что теперь? Впереди еще два месяца лета, но ты же собирался работать. Или все-таки к родителям уедешь?

Задавая этот вопрос, Сашка вдруг осознала, что, если так и произойдет, она даже не расстроится. Антон внимательно посмотрел на нее.

— Саш, ты чего, мы же с тобой это еще весной обсуждали. На конец июля я нам забронировал недельный отдых в пансионате на Истре. А потом уже в августе тоже на неделю я съезжу к родителям. На работе мне положен двухнедельный отпуск.

— На Истре? – Сашка ничего не понимала.

— Ну да. Ты же на майские хотела вместе съездить за город, а я не мог и обещал тебе взамен поездку в июле. Ты что, забыла?

Нет, она не забыла, просто после того короткого разговора, в котором выяснилось, что Сашка недостойна поехать вместе с ним, чтобы познакомиться с его родителями, больше они к этой теме не возвращались. А он, оказывается, все это время помнил о данном случайном обещании. И не просто помнил, а воплотил его в жизнь. С ума сойти.

Ей вдруг стало так нестерпимо стыдно, что у нее даже уши зачесались. Нет, она несправедлива к Антону. А мама права в том, что ее дочь не может обуздать свои детские хотелки и относиться к жизни по-взрослому. Все ждет вечного праздника с фейерверками и подарками.