Иллюзия падения - Лия Аструм Страница 16

— Эван займется прессой, – акцентирует на мне внимание Алекс, и я, не удержавшись, смотрю прямо, встречая взгляд зеленых глаз. Из рваных книзу прядей их разрез выглядит еще более воинственным, из-за чего дикий оттенок, до краев напичканный равнодушием, вызывает тревожный диссонанс.

От меня ждут выдающегося выступления, и я не разочаровываю: разрываю контакт с бывшей и двигаю красивую речь ее далеко не молодому мужу. Ни разу не сбившись с уверенного темпа, в красках расписываю примерную схему работ и почему-то раздражаюсь, когда вижу, что Зенон полностью удовлетворен услышанным.

Интересно, дома Фелдман тоже всегда удовлетворен? Зная аппетиты Бейкер, я готов поспорить, что он умрет от инфаркта раньше на десятилетие. В сотый раз напоминаю себе думать о работе, а не о его жене, которая смотрит на Зенона так, словно он – воскресший Иисус.

— У меня есть подарок для тебя, Алекс, – Фелдман продолжает радовать Миллера и бесить меня. – Со дня на день Шейх Халиф бин Зайд возвращается в Абу-Даби. Его люди сообщили, что он готов встретиться с тобой и обсудить возможность строительства твоего медицинского центра в Дубай.

Алекс долгое время размышлял над восточными путями развития, и Зенон весьма умно и вовремя подъехал на самом бесценном верблюде.

— Я приятно удивлен, – Миллер скрывает эмоции, но я слишком хорошо его знаю, чтобы не расслышать, как сильно он доволен этой новостью. – Предлагаю пройти в мой кабинет и обсудить нюансы.

Зенон согласно кивает и, поднявшись, тянется рукой к Ариэль.

— Разговор не займет много времени, Ари. – Он касается ее шеи, легко проводит пальцами по вьющейся голубой вене. Бейкер прикрывает глаза, а меня потряхивает, как на американских горках. Внутренне мотает и, кажется, тошнит.

Я совсем забыл симптомы этого поганого чувства.

— Будь любезен, Эван, проведи моей супруге небольшую экскурсию. Я уверен, в Miller Health Corp. есть на что посмотреть.

Ты даже не знаешь, кого и о чем просишь, чертов мудак.

Пресекаю себя, задавливая ненависть к человеку, который ее не заслуживает, и, наконец-то, включаю голову, обещая исполнить его пожелание на всю тысячу процентов.

Когда сильные мира сего покидают конференц-зал, я целых пять секунд мечусь в поисках решения: сбросить фальшь или же отыграть кино под названием “Видим друг друга впервые”. Выбираю второе, более комфортное состояние и, резво поднявшись, подхожу к двери, чтобы проявить свои джентельменские качества и придержать даме дверь.

Но в проеме появляется тот самый неизвестный мужчина в строгом костюме, которого я приметил еще на подходе к переговорной.

Без сомнений – араб. Грозного вида, с непроницаемо застывшим выражением лица и темными пронзительными глазами. Я каждый день вижу таких индивидов и быстро разгадываю ребус, в котором неизвестный икс – громила, охраняющий нашу звездную гостью.

Выразительно приподнимаю бровь, ожидая, что он сообразит: пройти сквозь него я не в силах. Но чуда не происходит.

— Могу заверить, что в этом здании миссис Фелдман ничего не угрожает.

Миссис Фелдман. Звучит мерзко. Когда-то давно я примерял к ее имени совсем другую фамилию. Фамилию, которую теперь не ношу даже я. Удивительно, как мы наивны в восемнадцать. Возраст, деньги и статус уничтожают это качество, стирают до пыли.