Замуж за шейха. Ломая запреты - Анна Россиус Страница 36

Интересно, он моему отцу об этом тоже сообщил? Байтман не против, что правила теперь устанавливает Шейх?

— Это спектакль для наших с Вадиком родителей, Джасим. Это им нужен наш брак.

— В спектакле надобность теперь отпала, – он коротко целует меня в губы. – Проблему с Бисаровым я решу. Его больше не бойся.

Лежу и ошарашенно молчу.

Джасим разговаривал обо мне с отцом? И тот пошёл на уступки? Мне узнать бы точно.

Горячие губы смыкаются на соске. Ладони сжимают бёдра. Мамочки… это уже по-взрослому!

Проблему с Бисаровым, он сказал, решит. А взамен что? Просто спать с ним? Можно подумать, ему больше не с кем. Полно вокруг красоток, у которых вообще никаких проблем нет. Не понимаю. Не влюбился же он в меня, в самом деле? Мне нужна ясность в наших отношениях, если они вообще есть. Хоть какая-то определенность в будущем, раз уж меня лишают права выбора.

— Джасим!

Он сильно возбужден. Даже моего маленького опыта хватает, чтобы не сомневаться в этом. Упираюсь ладонями в его плечи. Толкаю. А он, словно скала, совсем не замечает моих тычков. Спускается поцелуями по животу, оставляя влажную дорожку. Разводит мои бёдра и садится между ними.

Нет! Сперва я хочу знать, кто я здесь? И кто он теперь для меня!

— Джасим! Что ты хочешь взамен на свою защиту?

— Ничего сверхъестественного, – он кладёт ладони мне на живот и гладит круговыми движениями. – Будь со мной. Не перечь мне и слушайся во всём.

Ох, ничего себе!

Байтман вот тоже хотел полного послушания и очень быстро перешел к угрозам и шантажу. Но если отец использовал меня из меркантильных соображений, чтобы породниться со Сташевскими. То какие мотивы у Джасима? Получается, просто секс. Но справиться с живодёром Бисаровым в одиночку у меня шансов нет.

— Расслабься. Я никому не позволю тебе навредить.

А что я, собственно, теряю сейчас? Мужчина, в которого втрескалась по уши, обещает заботу. Нужно только не спорить с ним и позволить всё решать за себя.

И в этом ничего странного нет, на востоке так принято. Меня же никто не заставляет переезжать в Эмираты и надевать паранджу? Так чего я тогда переживаю заранее?

Приняв решение, полностью отдаюсь чувствам. Накрываю его ладони своими, поощряя и разрешая делать всё, что он захочет.

А Шейх, видимо, хочет рассматривать свою новую наложницу. Неуютно лежать перед ним голой, тогда как он ещё в штанах. Протягиваю руку, касаюсь его живота кончиками пальцев.

Смотрим в глаза друг другу. Пульс разгоняется снова. Стыд смешивается с желанием его поторопить.

Джасим подсовывает ладони под мои ягодицы, приподнимает их. Склоняется и опаляет низ живота горячим дыханием, касаясь подбородком промежности. Целует сверхчувствительную кожу под пупком, рождая внутри пламя. Хочу свести бёдра, но не получается – его плечи мешают. Какой стыд!

— Джасим!

Но он будто не слышит! Удерживает, ведёт губами вниз, касается самой чувствительной точки… нежно, но меня будто током прошивает! Спина изгибается дугой, из горла вырывается полустон-полувскрик. Мечусь, пытаясь освободиться.

— Тихо, тихо… – шепчет, ослабив хватку. – Я дам тебе время привыкнуть.

Приподнимает меня и усаживает к себе на колени верхом. Вцепляюсь в его плечи, как в спасательный круг. Мне и правда воздуха не хватает. Делаю глубокие частые вдохи, голова кружится.