Замуж за шейха. Ломая запреты - Анна Россиус Страница 64

Она погубила его ребенка, и он за это поквитался с ней!!

Александра садится рядом со мной на кровать и обнимает. В её глазах тоже блестят слёзы.

— Для такого мужчины, как Джасим, рождение первенца – свято. Когда он рассказывал Андрею про то, что сделала его жена… Он был убит горем, понимаешь? Не лишай его еще одного ребёнка, Глаша.

— Сань, ты что?! Он убил её, понимаешь? Я ещё думала, откуда такая нечеловеческая жестокость? Почему нельзя было просто отпустить? Теперь понятно, почему.

— Это несчастный случай!

— А если нет?! Она избавилась от его ребёнка! Там женщин и за меньшие грехи карают, Саня! Это совершенно другой мир! Что для нас дичь – у них считается нормой.

— Не знаю, Глаш. Джасим не производит такого впечатления, как ты о нем говоришь. Я не верю, что он хладнокровно расправился с женой.

— Ну так не сам же! Ему достаточно рукой взмахнуть, и подданные побегут исполнять любой приказ.

Сашка вяло со мной спорит несколько минут, после чего сдаётся. Мы ещё какое-то время обсуждаем мою беременность и способы тайком от моего мужа съездить к врачу.

Вскоре Александра уходит к маленькому сынишке в детскую, и я остаюсь одна.

Принимаю душ и раскладываю немногочисленные вещи по полкам в пустом шкафу. Ложусь в холодную постель и пытаюсь уснуть, но сон не идёт.

Теперь я знаю причину, которая побудила Джасима поступить так с бывшей женой. Она убила его ребёнка, его первенца! И он наказал её за это самым чудовищным способом. Жизнь за жизнь.

Ворочаюсь в темноте, прислушиваясь к звукам в ожидании шагов. И замираю, когда их слышу.

Дверь открывается, не секунду впуская свет из холла. И хлопает чуть слышно. Поворачивается замок.

Джасим.

Глава 38 Глафира

Пока Джасим готовится ко сну, лежу ни жива, ни мертва. Кажется, даже сердечный ритм замедляется, внутри всё леденеет в его присутствии.

По приказу моего мужа лишили жизни двух человек!

Что со мной будет, когда он узнает о моей беременности? О том, что я от него своё положение скрыла? Снова посадит под замок на своей вилле. И после родов мне придётся там остаться навсегда, чтобы не потерять ребёнка.

Не зря же его мать, рискуя жизнью, сбежала в Европу с тремя маленькими детьми. Значит, был веский повод у неё тогда так поступить. И у меня сейчас он есть. Пока мы здесь, пока не стал заметен мой живот, я должна найти способ сбежать.

Джасим не зажигает свет. Я вижу в темноте только его силуэт. Он раздевается, ложится позади меня и обнимает.

— Глафира… – шепчет, легонько касаясь губами виска. – Я завтра улечу назад, а ты останешься здесь.

Мне послышалось? Больше не притворяюсь спящей. Поворачиваюсь в его руках, мы сталкиваемся носами.

— Надолго? – спрашиваю, не спеша радоваться.

— Пока необходимость в охране не отпадёт.

— Потом можно будет в Москву?

— Да, малыш. Я решу проблему с безопасностью, и ты будешь вольна жить там, где захочешь. А пока побудешь здесь, под охраной Миллеров. И будешь во всём слушаться Андрея, поняла?

Сажусь и растерянно смотрю на мужа. Он это серьёзно?

— Это значит… что?

— Я тебя отпускаю. Ты меня в последнее время едва выносишь. Я не такого для нас хотел, когда увозил тебя в Эмираты.

— Джасим… – я ничего не могу понять.

Он обхватывает меня рукой поперёк живота и укладывает назад, обнимает.

— Это наша последняя ночь вместе. Утром я вернусь в Дубай без тебя.