Замуж за шейха. Ломая запреты - Анна Россиус Страница 67

— Это как-то связано с тем, что Шейха аль Катема сняли со всех правительственных должностей? – спрашивает мужа Александра, появляясь с маленьким Матвеем на руках.

Застываю при звуках этого имени.

— Связано, – отвечает Андрей, забирая у неё сына.

Я так разнервничалась вдруг, что кончики пальцев начало покалывать.

Мы рассаживаемся, я морально готовлюсь к важному разговору. Неужели сейчас нам что-то расскажут? А то последние месяцы – словно в вакууме.

— С государственных постов… – повторяю растерянно. – Вы же не про Джасима говорите?

— Про его отца, – Виктор кивает.

— Глаша, этот разговор может быть тебе неприятен… – начинает Андрей.

— Я хочу знать.

— Хорошо. Про Амину, первую жену Джасима, ты ведь знаешь?

— Да.

— Она противилась их браку, всячески компрометировала семью и нарвалась на гнев своего свёкра. А это, как мы знаем, один из самых влиятельных и жестких людей в правительстве Эмирата. Мать Джасима в своё время смогла оттуда вырваться и вывести детей только благодаря вмешательству Британских властей.

Слушаю очень внимательно. Пока ничего нового. Про то, что несчастная выпила отраву, спровоцировав у себя выкидыш, Миллер умолчал.

— Амира, вероятно, рассчитывала на подобную поддержку. Она долго ходила по краю. Будто не понимала, чем это может кончиться. В муже видела заклятого врага и его доводам внимать не желала. Развода в семье Катемов быть не могло, и отец поставил Джасиму страшный ультиматум – либо он усмиряет жену, либо решает вопрос с ней радикально.

— Джасим не смог, и потому решил убить её? – выпаливает Мира.

Водзинский обнимает её и продолжает рассказ за Андрея:

— Он пошёл на риск. Связался с лондонским парнем Амины, к которому она мечтала убежать, и дал добро на её отъезд. Всё организовали в считанные часы. Ромео и Джульетта встретились в бухте и отплыли на маленьком неприметном катере в сторону залива. Чем это кончилось – известно.

— Они погибли?! – не верит Саша. – Какой кошмар.

— Отец узнал об акте неповиновения, и пришёл в ярость. Джасима отстранили от управления фондом, который существует, если уж честно, только благодаря ему. Стали выдавливать ото всюду. Он едва не лишился доступа к своим основным активам…

— Когда это было? – спрашиваю, боясь узнать ответ.

— Началось как раз в те дни, когда он привёз тебя в Дубай, Глаш.

Вспоминаю наш «медовый месяц». Тогда мой муж ещё появлялся на вилле. А через пару недель уехал, оставив меня одну. Я тосковала, злилась на него за то, что не пускает в свою жизнь, не делится со мной и ничего не объясняет. А у него, оказывается, была причина. Против моего Шейха развязали настоящую войну!

Так вот почему меня охраняли люди Андрея Миллера! Очевидно, он не мог доверить нашу безопасность кому-то из своего окружения.

— Я ничего не знала…

— Естественно! – качает головой Андрей. – Кто ж вам такое рассказывает?

Александра посылает мужу высокомерный взгляд:

— Кто-кто? Радио няня…

— Какая няня? – Миллер хмурится.

— Да так. Давайте уже дальше.

— Окей. Джасим не был бы Джасимом, если бы не подготовился к подобному развитию событий. Старшие братья, рождённые от главной жены Шейха аль Катема, его ведь так и не приняли. Между собой до сих пор его зовут – «Британец». И рано или поздно его бы попытались выдворить. Он слишком независим от семьи, слишком богат и слишком своенравен. Скандал с Аминой – первый подвернувшийся повод отлучить его от семьи и отжать фонд.