Окрыленный - Forthright Страница 100

— Потому что, – торжественно ответил мальчик. – Он волк.

— Ты тоже, – заметила она.

Торлу отвел взгляд:

— Мне еще много лет не видать посвящения.

Мелисса не хотела его смущать, поэтому продолжала говорить легко и непринужденно:

— Время покажет. Может, моя внучка или правнучка тебя полюбит.

Его глаза расширились, и на щеке появилась ямочка. Отбросив все формальности, он обнял ее и поцеловал в щеку.

— Я буду ждать.

— Мелисса. – Дун-вен сидел скрестив ноги и барабанил пальцами по бедру. – Мой брат снаружи. Он готов упасть перед тобой на спину.

Она взглянула на Джимини как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот прижимает ладонь к потолку. По его команде кристаллы засияли. Поймав ее взгляд, он сказал:

— Ну да, я перекинулся с ним парой слов. Он не хотел заманить тебя в ловушку. Судя по всему, ему и в голову не приходило, что ты добровольно сунешься в мое логово, не говоря уже о том, чтобы добровольно здесь остаться.

В его словах звучала горечь. Он сердит на Рука?

Дун-вен тихо зарычал, и Джимини отвернулся.

Что она могла сказать? Мелисса знала, что Дун-вен и Торлу улавливают ее настроение, но Джимини нужны были слова.

Она высказалась кратко:

— Рук никогда намеренно не причинил бы вреда тем, кого любит. Он просто недооценил мою усталость… и привлекательность этого логова.

Джимини прикрыл глаза рукой и крикнул:

— Рук, иди сюда. Без тебя мы не разберемся.

Поджав хвост, Рук вполз в комнату и ползком добрался до Мелиссы.

Подтянув Джимини к ней, он покаянно поцеловал обоих в лоб.

— Ей нравится мое логово, – сказал Джимини.

Рук расслабился:

— Я не знаю лучшего комплимента. Логово и его устроитель подобны сердцу и его биению.

Мелисса провела пальцами по мехам на полу и зевнула.

Дун-вен немедленно начал распоряжаться. Он показал на остальных и произнес:

— Спасибо, что пригласила нас охранять твой покой.

Тут же сработал ее инстинкт бойца.

— Охранять? От чего?

Рук и Торлу стали стаскивать меха в кучу посередине комнаты, предоставив Дун-вену отвечать.

— От одиночества и его холода. От страха и его сомнений. От времени и его течения.

— Вы можете остановить время?

— Я могу сделать его менее важным, – заявил Дун-вен. – Все время, проведенное здесь, принадлежит нам. Оно не принадлежит никому другому, так же как мы принадлежим друг другу. Ну, хватит слов.

Он превратился в большого черного волка. Мелисса представила, насколько ему приходилось сдерживаться, чтобы уместиться в логове.

— Сладких снов, – пожелал Рук и также принял истинную форму.

Братья расположились по обе стороны комнаты, головами – и грозными челюстями – к двери. Берегитесь, злоумышленники.

Торлу просто поцеловал кончики своих пальцев, протянул их к ней и исчез в водовороте света. Он превратился в поджарого длинноногого волка, размером не больше двух своих спутников-Собратьев. Торлу, Риск и Отвага свернулись между передними лапами Дун-вена и Рука, оставив немного места для нее и Джимини.

Мелисса натянула на себя одеяла и пристроилась между ними.

Через несколько мгновений рядом растянулся Джимини. Он молчал. Только смотрел на нее с серьезностью, с которой у нее сейчас не было сил разбираться.

— Можешь приглушить звезды? – спросила она.

Он коротко улыбнулся, постучал себя по носу и указал на потолок. Свет кристаллов стал медленно тускнеть. Но Мелисса видела, что Джимини выделывается, потому что отдельные звезды то и дело вспыхивали, прежде чем погаснуть. Это было красиво.