Закон тирана - Дэниел Абрахам Страница 102

— А! – выдохнул Гедер.

Такого он не ожидал. Однако сразу после речи Басрахипа до него дошло. Действительно, не бесконечным же количеством жрецов может похвастать храм в горах Синир к востоку от Кешета. Гедер привык считать, что в жрецах недостатка не будет – словно они появляются прямо из-под земли уже готовыми.

— Вот оно что, – проговорил он. – А можно провести обряд посвящения для новых жрецов? То есть, я хочу сказать, есть же какой-нибудь способ… наделать новых?

— Это будет необходимо, – ответил Басрахип. – Однако ритуалы богини не так просты.

— Ладно. Я могу отправить письма в семинарии. У нас есть свои храмы и священнослужители. А поскольку на твои проповеди ходит половина придворных, то уж наверняка кто-нибудь захочет поучиться у тебя. И обновление храма – отличный для этого повод.

Басрахип улыбнулся и чуть склонил перед Гедером голову:

— Прими мою благодарность.

— Басрахип, можно вопрос? Ты с Астером в последнее время разговаривал? Я просто заметил, что он какой-то… нерадостный. Может, знаешь причину?

— Не знаю. Но если ты хочешь…

— Нет… Нет, не надо. Я просто так.

— Ты его спрашивал?

Гедер отломил кусочек сыра и мрачно усмехнулся:

— Это было бы совсем уж напрямую. Слишком жестко. Не хочу, чтобы он чувствовал себя как на допросе.

— Тогда можно спросить мягко, – сказал жрец.

Гедер отыскал Астера почти к сумеркам. Принц в одиночестве прохаживался по дуэльной аллее – полоске земли, где решались вопросы чести. Он бездумно вертел в руке деревянный тренировочный меч, рассекая им воздух скорее ради самого движения, чем ради отработки удара по врагу. Тени подступающей ночи ложились на землю рядом с еще светлыми, почти полуденной яркости участками, заволакивая остальное синеватой мглой. Гедер дал знак стражнику отойти, снял с подставки тренировочный меч и ступил на место для поединка. Астер встал в защитную позицию, но даже теперь все выглядело шуткой. Гедер воздел клинок.

— Как прошел совет? – спросил Астер, двигаясь полукругом вправо от Гедера.

— Отвратительно, – ответил тот, делая обманный выпад и отступая. – Мекилли, по-видимому, не в восторге от всего, что я делаю. Начинаю в нем сомневаться.

— Вызовешь его на твой личный трибунал?

— Наверное, – ответил Гедер, отводя меч Астера, пытавшегося достать его в низком выпаде. – Может, он просто поел несвежей рыбы и теперь на все злится. И все же второй Доусон Каллиам нам не нужен.

— Разве? Мне иногда кажется, что не помешал бы.

Гедер взмахнул мечом, Астер блокировал удар, стук клинка о клинок откатился эхом от стен.

— Почему ты так думаешь? – спросил Гедер, продолжая теснить принца.

— Не знаю, – выговорил Астер, уходя от удара и опуская меч так, что острие деревянного клинка почти коснулось земли. – Просто… мне иногда снится, будто мы опять в том подземелье, друзья Китрин из актерской труппы тайком носят нам еду, а по углам – осторожные кошки, которые не подходят близко. Снится, будто я сплю и проснусь в том месте. Да только просыпаюсь я здесь. И каждый раз так жалко!

Меч Гедера склонился к земле. Над широкой бездной Разлома кружилась стая голубей, в серых перьях бликовало закатное солнце. Стояла пора коротких летних ночей; Гедер сегодня поднялся с первым светом, и теперь на него навалилась усталость. Во время мятежа Каллиама город был полон ужаса, насилия и неопределенности. На целые недели Кемниполь превратился в поле боя, и следы этого по-прежнему виднелись тут и там. Изувеченные пожаром особняки, до сих пор не отремонтированные и не снесенные. Баррикады, оттесненные к краю улицы или передвинутые в проулки, но не разобранные. И так не только в городе. Гедер чувствовал то же самое и в себе, хотя и пытался то поверить в обратное, то найти положительные стороны. Предательство Доусона изменило и его самого.