Странный путь - Илья Ангел,Алекс Ключевской Страница 113

Как бы он ни старался всё забыть, но прошлое по какой-то причине постоянно его настигало. Роман не хотел иметь ничего общего с тем, что связывало бы его с отцом, а с Никитой его связывал только Георгий Гаранин. Рома замолчал, совершенно не понимая, почему всё ещё висит на линии и не сбросил звонок.

— Я… Наверное, это глупо было тебе звонить, да и номер твой я кое-как смог найти. Только через местную Гильдию и потом по цепочке до твоего секретаря, который и дал мне его. Оказывается, никто не знал, что у тебя есть брат, вот я и подумал… Неважно… – Судя по голосу, Никита был явно чем-то расстроен, но пытался улыбаться при разговоре с братом.

— У тебя что-то случилось? – после нескольких секунд молчания осторожно спросил Роман, прислоняясь лбом к прохладному стеклу.

— Всё, как всегда. Я просто хотел поинтересоваться, как ты справлялся с плохим настроением отца? Мой источник разрушен, и это с каждым днём всё больше его злит, будто я в этом виноват, – практически прошептал Никита, а Рома вздрогнул, резко открыв глаза.

— Ты знаешь, почему у тебя разрушен источник? – прямо спросил Гаранин у своего брата.

— Нет, мне сказали, что это был несчастный случай при рождении, когда умерла мама. Так как, Рома? Мне это нужно знать, иначе… Не важно, зря я тебе позвонил.

— Никак, Никита, – выдохнул Роман, потирая привычным жестом переносицу, гадая, почему никто не сказал самому младшему из Гараниных, что явилось причиной того несчастного случая. Он сам знал, что не мог себя контролировать в пять лет, но всегда чувствовал небольшой укол вины, особенно в последнее время, когда думал об этом. – Я ничего не мог сделать и просто нашёл силы и человека, который смог меня поддержать, чтобы я разорвал этот круг и ушёл из семьи. Он тебя бьёт? – спросил Рома после короткой паузы

Никита ничего не ответил, но, судя по шумному дыханию, он все ещё внимательно его слушал, а Рома почувствовал, как свободная рука рефлекторно сжимается в кулак. На второй и третьей линии раздавались гудки, и Рома глубоко вздохнул.

— Мне сейчас некогда, – наконец произнёс он.

— Я понимаю. Я могу тебе звонить? – в голосе брата прозвучала робкая надежда.

— Конечно. Если я не отвечу сразу, то перезвоню, – Рома несколько раз стукнул лбом о стекло, не понимая, что вообще его дёрнуло это сказать.

— Спасибо, Рома, – с этими словами Никита отключился, оставив Гаранина стоять одного в коридоре. Он стоял почти минуту, глядя в одну точку и пытаясь выкинуть этот звонок из головы. Забыть в очередной раз не получилось, зато получилось взять себя в руки, и Роман бросился в сторону допросных.

— Кто надоумил Никиту связаться со мной? – это было первое, что он спросил у Эда, когда ввалился в допросную. Внутри уже находились Эдуард и Ваня, сидевшие напротив вальяжно развалившегося Бернара, с каким-то пренебрежением рассматривающего собравшихся.

— Наверное, Дима. Рома, половина планеты, смотрящая эту дрянь с Бурком, в курсе, что Дима встретился с твоим отцом и братом в аэропорту, – удивлённо посмотрел на взъерошенного Романа Эдуард. – Можешь высказать ему своё недовольство.

— Я подумаю. Что, ничего пока не выяснили? – кивнул он на Бернара, задумчиво рассматривающего Гаранина.

— Пока нет, ждём Довлатова, – спокойно ответил Рокотов.