Дом холодных сердец - Тея Авари Страница 119

Отец развернулся в сторону двери, в проеме которой стояла Астэс, жадно внимающая словам старого вампира.

Торн выругался про себя: Альба совсем не следила за девочкой, а в замке Каэдэс ее ни в коем случае нельзя оставлять одну! Милтос же оскалился на слова Отца.

— Не трогайте девочку, – сдавленно проговорил он.

— Не стоит волноваться, – поспешил перебить его Тенебраэ, – с ней ничего не случится. Мы лишь позаимствуем пару капель ее крови, да, малышка?

Старый вампир подошел к Астэс и взял ее на руки. Братья напряженно наблюдали за сценой, но девочка лишь с любопытством рассматривала восковое лицо Тенебраэ, не пугаясь и не пытаясь вырваться.

— Вы же хотите обрести наконец жизнь? – спросил Отец, обращаясь к братьям. – Ходить под солнцем, в полной мере испытать свою юность, любить смертных женщин и чувствовать вкус этой любви.

Тенебраэ красноречиво посмотрел на Торна, и тот понял, что старый вампир зрит в самое его сердце. Пусть он редко проводил время в поместье, ему удалось хорошо изучить своих сыновей, их потаенные желания и страхи. Торн вдруг вспомнил, как Ева весело беседовала с Авриилом. Сердце бывшего пленника могло даровать тепло. Это ли привлекло в нем Еву?..

— Все, что я прошу взамен, – продолжил Тенебраэ, отпуская Астэс и снова садясь в кресло, – это власть. Передай мне титул высшего лорда, Торн. Ты слишком юн, чтобы управлять таким домом. А я… – Тенебраэ сощурил глаза, и младшие братья упали на колени, придавленные невыносимой болью, – я дам то, чего вы все хотите. Истинную свободу.

Старый вампир прекратил мучить братьев, и наступила тишина. Милтос и Кассий, жадно впитывавшие каждое слово, переметнули взгляды на Торна.

Тот смотрел прямо в глаза Отцу. Требование Тенебраэ его не удивило. Чего еще ждать от старого вампира, не пожелавшего преклонить голову перед высшим лордом, пусть этот лорд и был когда-то его отродьем. Тенебраэ хочет власти. Окончательной, неоспоримой. Вот только к чему это приведет мир ночных тварей и мир людей?.. Отдать в лапы Отца такую власть означало бы посеять хаос в мире смертных…

Перед глазами Торна снова всплыл образ Евы. Живой, хохочущей…

— Мне нужно время обдумать твое предложение, – ответил он. – Я не собираюсь соглашаться на сделку, не взвесив хорошенько все за и против.

Отец довольно кивнул, словно все шло так, как он рассчитывал:

— У тебя есть несколько дней, прежде чем я снова покину эти края. А до ночи кровавой луны не так долго. Помни об этом, Торн…

Всю ночь в полях бушевал ветер, гоняя рваные лоскуты облаков по небосводу. Луна, которая вскоре должна была окраситься в красный, смотрела на мир желтым кошачьим глазом, подсвечивая их тонкие края.

Кассий спешился с коня, легко приземлившись на землю, прошелся по размокшей садовой тропинке, шагнул в оранжерею. Здесь, среди разбитых стекол и замерзших растений, ветер завывал подобно раненому зверю.

Пройдя вдоль своих трудов, убитых холодом и отсутствием хозяйской руки, вампир остановился рядом с розовым кустом. Совсем недавно он цвел – на высоких стеблях распустились алые, как зимний закат, розы, но мороз сделал свое дело, и лепестки почернели. Кассий надломил один из стеблей. Если раздобыть глицерин и еще пару ингредиентов, может быть, и удастся спасти эту загубленную красоту.