Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 120

— Так точно.

Милютин поднялся, но, не удержавшись, уточнил:

— А объект… тоже перевозим?

— Сам-то как думаешь⁈ — всё-таки нервы сдавали, поэтому ярость и выплеснулась, заставив Милютина отступить к стене. Он и побелел вон. Но удержался.

Крепкий.

Вон, башкой повёл своею и произнёс тихо:

— Понимаю. Но… он и прежде был не стабилен. А теперь подавно.

— Евгеньевич доработал саркофаг.

— Да, но…

Хмурый взгляд заставил Милютина заткнуться. На минуту. Заговорил он другим тоном, деловым и спокойным:

— Надо брать оба. Я бы вовсе основной поднять попытался. Такую ведь возможность оставляли, верно?

Хозяин кивнул.

— Вот… значит, надо поднимать. А второй пойдёт на запас, если у первого глушилки отказывать станут. И маршрут пересмотреть придётся. Если техника легла, то вертолёты использовать нельзя. Одно дело, когда в машине стопорнёт чего. А другое — вертушка.

Это было логично. И в преданности Милютина, что делу, что лично Хозяину, сомнений не имелось. А и вправду, как-то он выпустил из виду, что в нынешних обстоятельствах использовать вертолёт не стоит.

— Перестраивай.

— Евгеньич разноется, что опять всё в спешке.

— Евгеньевичу ещё когда было велено готовиться к переезду. А чтоб не халтурил, намекни, что если в процессе случится всплеск, то его же Богдану и скормим.

Когда за Милютиным закрылась дверь, Хозяин откинулся на спинку кресла и поморщился. Он не мог позволить себе слабость, но тело подводило. Вот в груди заныло. И мелкая дрожь в пальцах — тоже симптом. Ведьмино зелье позволило ему чувствовать себя немного более здоровым, но… сколько у него ещё осталось?

Год?

Два?

Целители, как обычно, ничего не говорят. Только руками разводят, мол, много факторов, течение болезни непредсказуемо… и только поглядывают с интересом. В их представлении он давно должен был бы умереть.

А он живёт.

И Богдан живёт. Вот только… пожалуй, впервые за очень долгое время Хозяин задумался, надо ли? И что будет потом? После его смерти?

И не лучше ли позаботиться обо всём сейчас?

И…

Он вытащил склянку, поболтал. Позволил согреть в руке. И, набрав номер, дождался соединения.

— Доброго вечера, прекраснейшая… как бы встретиться с вами? Нет, нет… препараты ещё имеются. Просто побеседовать. В прошлую нашу встречу вы намекнули, что в определенных обстоятельствах сможете излечить моего сына. Если я правильно понял. Да… именно… я бы хотел заключить сделку.

Склянка легла на место.

— Но сами понимаете, разговор будет… да, на старом месте. Завтра утром? Ночь… ах, простите великодушно. Заработался. Что ж… тогда до завтра.

Хозяин бросил взгляд на стеклянную стену. И вправду темнота. Стало быть, контроль режима освещения справляется, если он не заметил, как наступил вечер. Или дело не в контроле, а в усталости?

— Буду счастлив увидеть вас снова.

Он откинулся на спинку кресла и задумался.

Раз случайность.

Два случайность. И три… уже на случайность не тянет. С коттеджным посёлком, конечно, ерунда, но вот остальное… Вахряков пойдёт в расход. Да и Льва менять надобно, уж больно он обленился за последний год. Только и способен, что запрашивать. Расходники. Оборудование. Деньги. А результат? Результата нет… его заменить, конечно, куда сложнее, чем Вахрякова, но в принципе зав третьим сектором местной лаборатории давно намекал, что не против погрузиться в настоящие исследования.