Диагноз - Анюта Соколова Страница 121

— Что вы хотите за молчание? — Тери не отвёл взгляд.

— Доказательства. В идеале — наглядную демонстрацию, чтобы изучить и достоверно задокументировать явление, после чего уже решить, как обезопасить нас на будущее. Люди не должны узнать об этой стороне нашего дара, иначе, боюсь, нас не спасёт ничто и никто.

— А что потом?

— Потом, я уверен, мы договоримся. Конечно, при условии, что больше не будет загадочных смертей министров. Вам придётся вести себя осмотрительнее, юноша, и не настраивать против себя высокопоставленных лиц.

— Я не просил меня защищать, — заледенел Тери.

— Не сомневаюсь. Но привычка заботиться въедается крепко. Я бы тоже защищал своих сыновей любыми способами, разница в том, что мой дар — обычный, — Бриер усмехнулся.

— И убивали бы ради них? — Тери смотрел на некроманта в упор.

— А сколько и ради чего убивали нас?! — голос Бриера зазвенел. — Вам жаль Гобера и Дебре? А вы знаете, что Дебре собирался вас уничтожить?! Он шантажировал меня карьерой моего внука, господин Риден! Вы не прошли бы аттестацию и никогда бы не смогли работать, потому что мне дорог мой мальчик, как вашему ангелу-хранителю дороги вы!

— Интересно, как бы вы помешали моей аттестации? — хмыкнул Тери.

— Доживёте до моих лет, узнаете, — проворчал Бриер, остывая. — Вы слишком самонадеянны, юноша. Повзрослейте, наконец. Силы вам не занимать, и ум имеется, только ум не означает благоразумие.

— Вы предлагаете мне закрывать глаза на мерзкие поступки людей лишь потому, что эти люди богаты и высокопоставлены? — Тери резко поднялся. — Трястись за свою шкуру? Некромант — последняя возможность человека заявить о несправедливости, даже в суде мы — душеприказчики покойных! Янира, идём!

— Сядьте, — властно велел Бриер. — И дослушайте… Нет ничего хуже юных идеалистов, — пожаловался он в резной потолок. — Восстанавливать справедливость можно по-разному. Не кидать обвинения в лицо госсекретарю, а прийти, скажем, к главе Совета некромантов и попросить о помощи. Нельзя воевать в одиночку, господин Риден. Пусть Совет — это пять дряхлых стариков и старух, но мы обладаем тем, чего у вас нет. Мудростью и опытом.

— Что-то я не заметил, чтобы вы собирались помогать мне в войне с Дебре!

Бриер похлопал себя по карманам и достал свёрнутый в несколько раз лист бумаги, который он протянул Тери:

— Хорошо, не успел выбросить. Читайте, юноша.

— «Исполняющему обязанности госсекретаря…

— Про себя.

Пока Тери читал, выражение его лица менялось от злости и досады до растерянности и изумления.

— Вы… Вы действительно это отправили бы?

— Да, — жёстко подтвердил Бриер. — Во-первых, мне не нравится, когда меня шантажируют. Во-вторых, ваш наставник всегда держался особняком и не объяснил вам главное: наша разобщённость — мнимая. Она поддерживается искусственно для того, чтобы люди меньше нас боялись. Понятно, что новичкам вроде Натана Гифро́на это не выкладывают, но вы-то уже не новичок. За свои права мы будем сражаться отчаянно, даже Несиж, которого якобы купил Дебре, на самом деле вёл двойную игру. Поэтому я повторяю: повзрослейте.

— Спасибо, — тихо сказал Тери.

Он протянул мне руку, помогая встать. Старый некромант смотрел на нас с ироничной улыбкой:

— Если у вас возникнут сложности… с гипотезой, звоните. Номер вы теперь знаете. Не застанете меня — передайте Иво, это всё равно что сказать мне. И ещё раз поздравляю.