Имя мне Гнев - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 128

Хорошо, что у нее хватило ума унести пистолет. Но что она могла оставить? Волосы? Отпечатки сапог? Нужно сегодня же от них избавиться. Придется сжечь новые сапожки, как и оранжевый плащ, который ей так нравился. Она с сожалением вздохнула. Проклятый Кабан продолжал доставлять ей неприятности даже после своей смерти! С Казиловым пока тоже не все понятно…

Наконец она начала действовать.

Ей не составило большого труда выяснить, в какой больнице лежит Влад. Сразу после окончания практики она позвонила его матери и, представившись хорошей подругой сына, обо всем ее расспросила. Женщина была рада поделиться всем, что знала. Влад находился в сознании – это Вике совсем не понравилось, – хоть и в очень тяжелом состоянии. Близких к нему пускали, и мать как раз собиралась навестить его в больнице. Она хотела пригласить девушку с собой, но в планы Сазоновой это не входило. Поэтому она быстренько поблагодарила женщину и отключила связь.

Через полчаса Вика примчалась в больницу и быстро нашла палату Влада, но внутрь не зашла, поскольку оттуда доносился женский голос. Похоже, мать Казилова все еще была в палате. Виктория расположилась на стуле чуть в стороне, вытащила телефон и снова начала просматривать последние новости. Она нашла еще несколько упоминаний о нападении на Влада и о найденном в парке трупе, но ничего нового в этих статьях не написали.

Наконец вышла мать Влада. Вика проводила ее взглядом, убедилась, что та села в лифт и уехала, и только после этого проскользнула в палату.

Казилов выглядел ужасно. Весь в бинтах, один глаз полностью заплыл, второй удивленно уставился на Викторию. Левая рука и правая нога Влада были зафиксированы на специальных вытяжках. Из ноздри торчала мягкая прозрачная трубочка, через которую подавался кислород. На безымянный палец правой руки был насажен датчик, показывающий пульс и уровень кислорода в крови пациента. Стойка возле кровати была заставлена медицинскими приборами.

— Ты? – чуть слышно прохрипел Влад. – Чего притащилась?

— Решила проведать больного.

Вика уселась на стул у кровати и закинула ногу на ногу.

— Надо же, какая хорошая девочка… – фыркнул Казилов, тяжело дыша.

— Кто это сделал?

— А тебе какая разница?

— Решетников, верно? И не говори, что я тебя не предупреждала. – Вика самодовольно взглянула на Влада. – Этого следовало ожидать после всего, что ты натворил.

— А ты чему радуешься? – Влад говорил с трудом. Видимо, ему вкололи лошадиную дозу обезболивающего.

— А что мне, плакать, что ли? Ты рассказал полиции?

— Смеешься? Он слишком богат. Ему ничего не будет, но его громилы придут сюда и закончат начатое…

Вика с облегчением выдохнула. Значит, он ее не выдал.

— Про Кабана слышал? – осведомилась она.

— Еще бы… Жаль Илюху. Знать бы еще, кто это сделал.

— Решетников, кто же еще? Кабан участвовал в твоих играх. Вот и поплатился.

— Брехня, – вяло пробормотал Влад. – Его притащили бы туда же, куда и меня… И сейчас он лежал бы в соседней палате… Нет, тут что-то другое. Илюху убили в парке вскоре после моего ухода. Ты ведь тоже была там. Ничего не слышала?

Вика покачала головой:

— Я ушла, как только вы начали драться. Поняла, что не хочу принимать в этом участия.

— Глядите, какая цаца. Думаешь чистенькой остаться? Не выйдет, так что ты рано радуешься. – Влад будто прочитал ее мысли. – Меня здорово поломали… Кабана вообще прикончили, а ты осталась в стороне… Теперь будешь по гроб жизни мне обязана, дуреха… Я тебя в покое не оставлю…