Сердце и порох - Э. Б. Голден Страница 130

— Я поправлюсь, – сказала я, беря ее за руку. Когда она стиснула мои пальцы в ответ, я почувствовала, как меняется мой статус в труппе, медленно, словно падающие на место песчинки.

Наклонившись ближе, она пробормотала:

— Полиция вчера отпустила Шури. Я Мезуе сказала, что нужно от нее избавиться. Не знаю, чего она до сих пор здесь.

— Уверена, все это был просто несчастный случай, – сказала я.

Джаари нахмурилась, явно не согласная со мной, но в этот момент Мезуя помахала ей рукой, говоря садиться, и Джаари вернулась на скамью рядом с Лукой. Я осталась стоять, а Мезуя шагнула вперед и раскинула руки, приветствуя труппу.

— Всем доброе утро. Вчера произошло множество недоразумений, но нам, к счастью, повезло, и никто серьезно не пострадал. – Все покосились на Шури, но та смотрела только на меня, поджав губы. – Теперь к делу. Да, это прервало нашу подготовку к «Милому зимнему вечеру», но я считаю, это хороший шанс изменить планы.

Жак оторвал взгляд от обломков декораций:

— Опять?

Я встала рядом с Мезуей:

— Чтобы впечатлить необходимых спонсоров, нам нужно что-то ярче, что-то, что попадет на первую полосу.

— Например, что? – крякнул Тэз.

— «Кун и Инсея», – сказала я.

Все ахнули, словно лопнуло сразу несколько хлопушек.

— Да это же смешно просто.

— Там хореография – жуть.

— У нас нет столько костюмов.

— Да там одна только музыка и та проклята.

— «Кун и Инсея» – это одна из самых знаменитых постановок в мире, – сказала я, заставляя всех утихнуть. – Уже одно то, что мы рискнем попытаться, разожжет интерес.

— А мне кажется, отличная идея, – встряла Джаари и подмигнула мне. – Почему бы не навести шороху?

— Потому что это дорого, – сказал Тэз. – И у нас мало времени. Даже если бы у нас были деньги и мы бы работали без продыху, мы не успеем раньше «Рояля».

— А нам и не надо, – сказала я. – Главное, объявить нашу премьеру раньше премьеры в «Рояле». Самым богатым спонсорам города станет слишком любопытно, и они не станут ничего обещать Весканоре, пока не увидят, как справимся мы.

— Или они посмеются над нашей наглостью и пошлют куда подальше, – раздался голос Луки поверх закинутых на стену ног.

Издевательская усмешка подожгла в моей груди искру. Сомнения – это плесень, и они очень быстро распространяются. Нам нужна была полная, беспрекословная вера всей труппы, иначе ничего бы не получилось.

— Не посмеются, – сказала я, шагая вперед и избегая взгляда Мезуи. – Потому что мы заручимся поддержкой президента.

Повисла долгая ошарашенная пауза, а потом ботинки Луки с раскатистым стуком ударились об пол.

— Хулей? – Обвиняющий взгляд на Мезую. – Ну уж нет. Ты сказала, больше никакой политики.

— Это не политика. – Мезуя вздохнула и посмотрела на меня, как бы говоря: «Вот этого-то я и боялась».

— Нам нужна поддержка богачей, – сказала я. – А они все последуют примеру барона Хулея.

Руки Луки взлетели к волосам.

— Мы жизнью рисковали ради Хулея, четыре года из-за него жили под землей, а взамен что?

— Наша свобода, – тихо сказал Жак, покачивая на колене Финнин, наблюдающую за нами огромными глазами.

— Он нас уже кинул, когда отказался спонсировать «Милый зимний вечер». Я отказываюсь трясти у него перед носом «Куном и Инсеей», как будто мы какие-то отчаявшиеся дети.

— Сядь! – рыкнула Джаари, потянув дирижера за рукав. – Устраиваешь скандал на ровном месте.