Женщина, создавшая короля. Книга 1 - Ким Чжи Ын Страница 131

— Прекрасно. Значит, ты скрывал это от меня целых десять лет.

— Простите. Я подумал, если барышня Соха притворяется немой, это ничего не меняет.

— Кто дал тебе право решать, что делать?

Сокчун шаг за шагом приближался к Ворёну. Под его ногами с хрустом лопались цветы зельквы. Казалось, они вскрикивают от боли.

— Думать, оценивать и принимать решения – моя задача. Твоя – исполнять приказы. Разве я хоть раз отдал тебе неверный приказ? Посмотри, к чему привело твое самовольство! Кто виноват, что Соху увозят в Ведомство справедливости и законов?!

Последние слова вонзились в грудь Ворёна, как стрела.

Мужчина прикусил губу. Ему нечего было сказать. Он должен был немедленно броситься за Сохой, и одна мысль о том, что сейчас это невозможно, превращала в лед каждую каплю крови в его теле.

— Если бы ты хотя бы намекнул мне, ни с Сохой, ни с кем другим ничего бы не случилось. Мы могли бы добиться желаемого без потерь! И к этому моменту у короля уже было бы новое дитя дракона…

Перекошенный от ярости. Сокчун вдруг резко умолк. Ворён, все это время не поднимавший взгляда, резко вскинул голову.

— Что вы сейчас сказали?

— Проклятье…

Сокчун выругался сквозь зубы и сделал несколько глубоких вдохов, таких частых, что закружилась голова. Даже теперь ему было непросто усмирить гнев, и он с трудом выговорил:

— Иди и вытащи Нанхи.

— Простите, но я не понимаю. Какое новое дитя дракона? Кто такая Нанхи?

— Служанка, которую увели последней. В вуали.

Ворён вспомнил, как в саду кто-то бесшумно подошел сзади, и неуместный запах мускуса. Эта женщина точно была не из простых. Он хотел было задать вопрос, но Сокчун заговорил первым:

— Как я однажды провел тебя во дворец, так ее когда-то привел мой отец. Можно сказать, она кузина Сохи.

От неожиданности Ворён удивленно приподнял брови:

— Кузина?

— Хан Нанхи. Дочь кисэн, ставшей наложницей моего отца. Моя сводная сестра.

Клан у Сокчуна был знатный и влиятельный, так что одна-две наложницы никого не удивляли. Но Ворён испытывал смутное беспокойство: будучи рядом с Сокчуном столько лет, он ни о чем не догадывался – ни о самом существовании сводной сестры, ни о том, что кто-то еще из людей Сокчуна попал во дворец раньше него самого. Неудивительно, что в последнее время ему все чаще казалось, будто Сокчун знает о каждом его шаге. Видимо, все из-за той женщины.

— Это дитя появилось при дворе еще тогда, когда нынешняя королева-мать была всего лишь наложницей покойного государя.

— Но эта Нанхи выглядит моей ровесницей. Если королева-мать тогда еще была наложницей… сколько же ей было лет?

Сокчун нахмурился, и на его лбу пролегли глубокие морщины.

— Как думаешь, как мне удалось воспитать тебя убийцей и провести во дворец?

— …

— Это был провал.

По стволу зельквы изо всех сил карабкалось насекомое. Его крохотные лапки неустанно двигались, пока оно наконец не доползло до высоты человеческого плеча. В тот же миг Сокчун сжал его пальцами, раздавил и облокотился о дерево.

— Именно этот первый провал сделал возможным твое появление во дворце.

— О чем вы?

— О Нанхи. Сейчас моя сестра под именем Чи Унсон служит придворной лекаркой. Впервые она убила человека, когда ей было шесть.

Слишком юный возраст, чтобы говорить с такой холодной отрешенностью! Ворён вспомнил свои первые годы во дворце. Ему было девять. После каждого убийства он всю ночь не мог уснуть и дрожал под одеялом. А шесть… шесть лет…