Имя мне Гнев - Евгений Фронтикович Гаглоев Страница 132

И Вишнякова помахала рукой матери. Алина поздоровалась с Натальей и Ярославой, а затем поспешила домой.

— Завтра не опаздывай! – крикнула ей вдогонку Галина.

Алина и сама понимала, что тянуть дальше нельзя. Разговор с Вишняковой помог ей собраться с духом, и она наконец решила рассказать Степану о своих чувствах, а потом спросить, как он к ней относится.

Тем же вечером Алина отправилась на баскетбольную площадку, расположенную в парке недалеко от студенческого общежития, где Степан и другие студенты иногда играли в баскетбол. Егор Кукушкин упоминал днем, что сегодня они запланировали очередную игру, и Алина это запомнила.

Перед выходом из дома девушка пристально осмотрела свое отражение в большом зеркале. Она ярко накрасилась, по-другому уложила волосы и надела очки в стильной черной оправе. Такой Степан ее еще не видел. Пусть знает, что и она может выглядеть сногсшибательно.

Сидеть у площадки на протяжении всей игры она не собиралась. Дождется, когда они закончат, а затем подкараулит Степана и пойдет вместе с ним будто случайно. По пути она все ему расскажет, и он сильно удивится. И обрадуется.

«Как хорошо, что ты обо всем мне рассказала, – скажет Степан. – Ведь я испытываю к тебе те же чувства, только никогда не решился бы в этом признаться. Потому что я очень стеснительный».

И он обнимет ее, прижмет к себе, и они сольются в жарком поцелуе. Все будет как в тех романах, которые так любит читать ее бабушка. Да, определенно, ей стоило сделать это давным-давно.

Полчаса спустя Алина подошла к баскетбольной площадке и никого на ней не увидела. Оказалось, что все уже разошлись. Алина была готова взвыть от досады. Неужели она перепутала время начала игры и опоздала? Придется отложить признание в любви на другой день, а потом опять долго собираться и настраиваться на этот непростой разговор.

Но внезапно она увидела Степана Бузулуцкого всего в нескольких метрах от себя. Он попрощался с какими-то парнями и, закинув рюкзак за спину, направился в сторону студенческого общежития. Один! Вот оно! Именно об этом она и мечтала.

Алина поспешила за Степаном. Он шел не к главным воротам парка, а к одному из боковых выходов, и Алина старалась не отставать. Бузулуцкий вроде и не торопился, но угнаться за этим шагающим подъемным краном оказалось непросто. В парке было немноголюдно, солнце уже садилось, и тени на земле становились все длиннее.

Бузулуцкий двигался легкой пружинистой походкой, Алина почти бежала сзади, соображая на ходу, как начать разговор. А что, если он рассмеется ей в лицо? Что, если она все напридумывала, а на самом деле он ею нисколько не интересуется? Она же умрет от стыда. Стоит ли ей вываливать ему все, что у нее на душе, или пусть остается как есть?

Пока Алина размышляла, Степан добрался до неприметной калитки и вышел из парка.

В тот же миг дорогу ему преградила темная машина. Бузулуцкий едва не угодил под ее колеса. Из машины выскочило двое. Схватив Степана с двух сторон, они с силой его встряхнули. Бузулуцкий уронил рюкзак и начал яростно отбиваться. Степану врезали по лицу, затем нанесли несколько сильных ударов в живот.

Алина с криком бросилась к дерущимся, но споткнулась и растянулась на земле. Очки отлетели в сторону. Пока она их нашла, пока вскочила, Степану уже скрутили руки, на голову натянули черный мешок, после чего забросили в багажник. Автомобиль резко сорвался с места и умчался прочь.