Мастер Темного Пути. Том 1 - Мосян Тунсю Страница 134

Перед уходом Вэй Усянь разул его и кинул сапоги у кровати. Теперь же левый красовался на правой ноге, а правый – на левой.

Хуаньгуан-цзюнь, выходец из именитого клана и воплощение безупречных манер, ни за что не появился бы на людях в таком виде.

Вэй Усянь вкрадчиво спросил:

— Ханьгуан-цзюнь, сколько пальцев видишь? – и показал два.

Лань Ванцзи отвечать не стал. Он торжественно протянул обе руки и с крайне серьёзным лицом обхватил каждый палец.

Бичэнь сиротливо брякнулся на землю.

Вэй Усянь на миг потерял дар речи: с Лань Чжанем точно что-то не так!

— Ханьгуан-цзюнь, ты пьян?

— Нет.

Ну конечно: кто в самом деле пьян, тот ни в жизнь не признается! Вэй Усянь отнял свои пальцы, но Лань Ванцзи продолжал сжимать пустые кулаки. Вэй Усянь даже не знал что сказать – только и оставалось, стоя на прохладном ночном ветерке, любоваться полной луной.

Обычно люди сначала пьянеют, а потом валятся с ног. У Лань Ванцзи же вышло наоборот, хотя выглядел он как всегда: поди пойми, навеселе или нет.

В прошлом Вэй Усянь с кем только не пил – всяких затейников навидался: одни рыдали в три ручья, другие глупо хихикали, иные устраивали скандалы; кто-то засыпал мертвецким сном прямо посреди улицы, кто-то причитал, что жизнь не мила, кто-то ныл в пустоту: «Почему ты меня больше не любишь?» Но с подобным пришлось столкнуться впервые: Лань Ванцзи не буянил и не шумел, зато как выкинет что-нибудь с серьёзной миной – хоть за голову хватайся.

С трудом сдерживая смех, Вэй Усянь подобрал Бичэнь, повесил себе за спину и сказал:

— Ладно, давай возвращаться.

Нельзя позволить Лань Ванцзи шататься по улицам в таком состоянии – мало ли что ещё учудит!

На счастье, тот оказался вполне сговорчивым и, согласно кивнув, с самым благопристойным видом пошёл бок о бок с Вэй Усянем. Случайный прохожий непременно решил бы, что два близких друга ведут задушевную беседу под луной, и восхитился бы изяществом и гармонией этой сцены.

Вэнь Нин молча поплёлся следом. Вэй Усянь хотел было ему что-то сказать, как вдруг Лань Ванцзи обернулся и снова стукнул своего неприятеля, в этот раз по макушке.

И без того опущенная голова Вэнь Нина склонилась ещё ниже. Из-за трупного окоченения на лице не дрогнул ни один мускул, даже выражение белёсых глаз ничуть не изменилось, однако весь его облик говорил о незаслуженной обиде.

Вэй Усянь, не зная, смеяться или плакать, схватил Лань Ванцзи за руку.

— Ты чего дерёшься?

— Прочь! – рявкнул тот Вэнь Нину с неприкрытой угрозой.

В трезвом уме Лань Ванцзи бы такого себе не позволил. Да и вообще, спорить с пьяным себе дороже, так что Вэй Усянь уступил:

— Ладно-ладно, прочь так прочь.

Он достал бамбуковую флейту и поднёс к губам, но Лань Ванцзи тут же её отобрал.

— Не играй для него.

— Что за произвол?! – в шутку возмутился Вэй Усянь.

Лань Ванцзи мрачно повторил:

— Не играй для него.

Ничего удивительного: вино обычно развязывает людям язык, но Лань Ванцзи, известный молчун, просто твердил одно и то же, слово в слово. Кроме того, к тёмным искусствам он не привык и ему наверняка пришлось не по нраву, что Вэй Усянь управлял Призрачным Генералом. Тогда хорошо бы его как-нибудь умаслить…

— Ладно, буду играть только для тебя. Доволен?

Лань Ванцзи согласно промычал, но флейту не вернул, продолжая вертеть в руках. Вэй Усяню оставалось только дважды свистнуть и приказать Вэнь Нину: