Восхождение рейнджера - Филип К. Квантрелл Страница 139

— Невозможно… – пробормотал он себе под нос, осознав, кого видит. Любопытство его превратилось в тревогу. В южных пределах Айды завелись люди, и не просто люди, а темнорожденные!

Он знал истории о битвах предков и воинственных темнорожденных дикарей, вышедших из Диких пустошей вместе с более миролюбивыми племенами. Их оттеснили на юг Иллиана, чтобы там и сражались бесконечно между собой, раз они так жаждали драки.

Они удивительным образом собрали в себе все черты человеческой натуры, которые эльфы презирали. Но как они умудрились поселиться на Айде? Галанор проклял затворническую натуру своего народа и недостаток желания исследовать новые земли, присущего людям. Потому что темнорожденные, похоже, занимались исследованием юга, иначе не нашли бы способ добраться до Айды…

Однако они почему-то двигались не на север, к Эландрилу, а еще дальше на юг, к…

Галанор выпрямился, заметив между рогов Маллиата город, угнездившийся в самом сердце джунглей. И посреди этого города возвышалась громада гигантской пирамиды.

Глава 35. Из двух зол

Адиландра метнулась будто сразу в трех направлениях: ее скимитар задержал два меча и тут же скользнул к третьему нападавшему, рассекая его от плеча до паха. Вид истекающего кровью товарища только раззадорил нападавших, и они с новыми силами ринулись в атаку.

Ее, королеву эльфов, учили смотреть на бой словно со стороны, хладнокровно и внимательно. Воин, поддающийся чувствам, делает слишком много ошибок. Эта философия необходима была в бою с другими эльфами, но перед лицом слабых медленных людей ее можно было и отбросить.

И Адиландра отбросила. Она выпустила на волю весь свой гнев, наслаждаясь непринужденностью, с которой ранила и мучила гладиаторов. Легко скользнув между ними, она перерубила жизненно важные артерии на их руках и бедрах…

Все. Это был последний бой.

Трибуны взорвались радостными криками, толпа показывала, что сполна насмотрелась сегодня на кровь и страдания. Адиландра, сражавшаяся целый день, медленно огляделась, тяжело дыша и рассматривая лица, – и на каждом видела неугасимую жажду крови. Им всегда хотелось больше, еще больше.

Солнце прошло зенит и скрылось за высокими стенами арены, но это ничем не помогло: Адиландра, в поту с головы до ног, изнывала от влажного жара джунглей.

Богиня поднялась с трона, одним движением заставив толпу умолкнуть, и подошла к краю трибуны. Ее головной убор, напоминавший капюшон кобры, скрывал лицо в тени, делая его еще более таинственным и угрожающим.

— На тебя интересно смотреть, эльфийская королева. Ты не даешь мне заскучать, прямо как моя новая зверушка. – Богиня зло усмехнулась, зная, как ранит Адиландру само упоминание Фаллона. – Что ж, ты сражалась, и сражалась хорошо! Пожалуй… ты заслужила награду.

По ее коварному тону Адиландра поняла, что здесь таится подвох. И он ей не понравится.

В дальнем конце арены поднялась, заскрипев цепями, решетка. Адиландра медленно обернулась, задержавшись взглядом на несчастной Лорване, стоящей на коленях у трона…

Земля задрожала ритмично, будто огромное сердце забилось под ногами, но солнце палило так ярко, что невозможно было понять, что же там, в тенях туннеля. Адиландра стиснула рукоять меча, готовясь к совсем иной битве.

— Ты пересекла целый континент в поисках древних змеев! – Богиня явно играла на публику. – Поэтому я пожалую тебе… драконов!