Эльфийский сыр - Екатерина Насута Страница 140

— А…

— Тыкай! – рявкнул тот, в костюме. – Глыба… не беси меня… он мертвый уже! Давно мертвый… он и ехал сюда мертвым. Или ты покойников боишься?

И по выражению лица Глыбы Леший понял – и вправду боится.

Странный человек.

Но, по ходу, этого, в костюме, Глыба боялся куда сильнее. А потому, склонившись над телом, он пару раз ткнул в него ножом…

— И чего дальше…

— Дальше… Дальше закапывай.

А нож он обернул платочком, убрав в карман.

— И пометь тут… как-нибудь… завтра приведешь… Хотя нет, Глыба… морда у тебя, извини, доверия не внушает. Да и другое дело будет к тебе… Ты. – Тип в костюме ткнул в ближайшего из помощников, который пытался прикрыть могилку слоем дерна. – Ты завтра покажешь могилу… ну и расскажешь, что видел.

— А что я видел?

— Вот это правильный вопрос… идем, я тебе расскажу, что ты видел…

И убрались.

— Шеф, – подал голос Ворон. – А что делать будем?

— Дай подумать…

Леший и вправду задумался. На первый взгляд дело их не касалось. На второй… стремное оно было, а в контексте происходящей вокруг Подкозельска херни вполне себе в рамки задания вписывалось.

И…

— Раскапываем, – решился Леший. – Ворон…

— Что сразу Ворон?

— Болтаешь много… надо будет тело убрать…

— А могилу так и оставим? Пустой?

— А какие варианты?

— Ну… шеф, я тут барсука видел, – подал голос Залесский-младший, правда явно сомневаясь. – Дохлого… недалеко лежит.

— Во…

— Издеваетесь?

— Ты что, шеф… это ж нехорошо выйдет. Завтра люди придут. Искать. То есть с ожиданиями, с надеждами, можно сказать. – Ворон явно веселился и веселья своего не скрывал. – Покойника не найдут. Опечалятся…

— А дохлый барсук их утешит?

Все же чувство юмора у Ворона была своеобразным. Хотя…

— Может, он им хоть как-то компенсирует горечь утраты… И вообще… одно дело – совсем пусто, и другое – барсук… он даже почти целый!

Леший вздохнул.

Поднял очи к небесам, отметив, что до рассвета осталось всего ничего. И решился:

— Неси!

Покойника вытаскивали они с Вороном. На всякий случай Леший еще раз проверил пульс, который отсутствовал.

— Отравили. – Ворон посветил мертвецу в лицо. – Видишь? Губы черные и белки глаз…

Белками это назвать было сложно.

— Тот точно не ошибся, этот еще там, в машине, покойником был… – Ворон наклонился, втянув воздух. – Яд темный… на силе… и на крови.

Он головой потряс.

— Знаешь, шеф, этого надо передавать в центр… я не уверен, но сдается, его редкостной дрянью накачали.

— Передадим.

— В прошлый раз Якутин возмущался, что мы посылку неправильно оформили… что задержанные не могут проходить по графе «Трофейное оборудование». Весь мозг мне выел. А я ж не нарочно. Отменил бы там… акт бы составил… а он мне капал и капал! – Морок помог младшенькому притащить барсука, который по размерам больше походил на небольшого медведя.

— Если бы только тебе. – Лешего передернуло, поскольку только за вчерашний день от Якутина, считавшего себя доктором интендантских наук, не меньше, четыре письма пришло.

И все ругательные.

То рюкзак не с тем инвентарным номером они со склада забрали, будто сами пришли и сами забрали. То вдруг степень износа на момент окончания задания определить требовалось… кто б еще сказал, когда это окончание будет.

То предположить расход боеприпасов.

Ориентировочный.

Ага… а потом, не приведи боже, ориентировочный с практическим разойдется.