Мастер Темного Пути. Том 1 - Мосян Тунсю Страница 140

Но другой тут же возразил:

— А я Не Минцзюэ! На моём счету больше всего побед и захваченных в плен врагов! Водить буду я!

«Цзинь Гуанъяо» не уступал:

— Зато я – Бессмертный Владыка!

«Не Минцзюэ» потряс кулаком.

— И что с того? Ты, вообще-то, мой третий брат. При виде меня должен убегать, поджав хвост!

«Цзинь Гуанъяо» и впрямь хорошо вошёл в роль: тут же ссутулился и укрылся за спинами приятелей.

— Да ты всё равно не жилец! – заявил другой мальчишка.

Похоже, роли выбирались под стать характеру. «Не Минцзюэ», как и полагается, мигом вспылил:

— А ты, Цзинь Цзысюань, ещё раньше меня умер! Сам ты не жилец!

— Ну и что? – вскинулся тот. – Зато я третий в списке лучших совершенствующихся!

— Ты третий только потому, что лицо смазливое!

Пока они препирались, один из компании, похоже, устав стоять без дела, плюхнулся на ступеньку рядом с Вэй Усянем.

— Ладно, хватит вам спорить, – сказал он примирительным тоном и взмахнул рукой. – Я Старейшина Илина, самый сильный из всех. Так уж и быть, стану вашим ведущим.

У Вэй Усяня чуть глаза на лоб не полезли.

Он склонил голову и заметил, что из-за пояса у мальчишки торчит короткая палка – судя по всему, «Чэньцин».

Только простодушный ребёнок, не вдаваясь в рассуждения о добре и зле, мог согласиться на роль Старейшины Илина, коль скоро тому не было равных в бою.

— Вот ещё, – хмыкнул другой мальчонка. – Я Мастер Саньду, и это я самый сильный.

— Цзян Чэн, а ну-ка, скажи, в чём ты меня превзошёл? – с видом знатока потребовал «Старейшина Илина». – Столько раз мне проигрывал, а всё твердишь, что самый сильный. И не стыдно, а?

«Цзян Чэн» фыркнул.

— Говоришь, я ни в чём тебя не превзошёл? Ты что, забыл, как умер?

Лёгкая улыбка тут же исчезла с губ Вэй Усяня.

В него словно вонзилась отравленная игла, и от неё по всему телу пошла колющая боль. «Старейшина Илина» хлопнул в ладоши.

— Смотрите-ка сюда! В левой руке у меня Чэньцин, в правой Печать Тьмы, со мной верный Призрачный Генерал! Разве найдётся кто-то сильнее меня? – Он громко рассмеялся, держа в одной руке палку, а в другой – камень. – Эй, а где Вэнь Нин? Вэнь Нин, иди сюда!

Один из мальчишек поднял руку и застенчиво произнёс:

— Здесь я, только… Я вот что хотел сказать… Во время войны я же ещё не умер…

Тут Вэй Усянь понял, что пора вмешаться.

— Дорогие бессмертные! – окликнул он. – Позвольте задать вопрос.

Обычно взрослым дела не было до детских игр, а тут к ребятам вдруг обратились без привычной брани – серьёзно и почтительно.

«Старейшина Илина» взглянул на него и с опаской полюбопытствовал:

— Какой вопрос?

— Почему среди вас нет никого из клана Лань?

— Один есть.

— Где?

«Старейшина Илина» указал на мальчика, который до сих пор не проронил ни звука.

— Вон он.

Вэй Усянь внимательно оглядел парнишку: изящное, утончённое лицо с правильными чертами обещало в будущем стать истинно прекрасным. Его чистый, гладкий лоб обхватывала белая верёвочка, явно заменявшая налобную ленту клана Лань.

— Кто это? – спросил Вэй Усянь.

«Старейшина Илина» презрительно скривил губы:

— Лань Ванцзи!

А детишки-то глубоко вникли в суть: играя роль Лань Ванцзи, следует постоянно молчать!

Внезапно Вэй Усянь снова улыбнулся.

Казалось, отравленную иглу вынули и зашвырнули куда подальше: колющая боль мгновенно отпустила.