Песнь безродного - Карина Володина Страница 144

— С удовольствием послушаю твой доклад в Кровавике, – кивнул Листер. – Когда назначены слушания? Ты уж сообщи заранее – а то мастер Хэнрик снова придумает мне очередную общественно полезную развлекалочку…

«Твой историк якобы пытался покончить с собой, – написал я Ниле, едва сев в такси с глубоко погружённым в свои мысли Коппелем. – И он якобы в больнице. И якобы не вампир. Листер прикидывается дурачком».

«Типично, – мгновенно ответила Нила. – Гросс и Кюль всё ещё ошиваются в нашей квартире. Постоянно смотрят в окна. Никаких вампиров в Румынии, а?»

«Никаких вампиров в Румынии. А со мной в такси Коппель. А Листер остался в твоей школе. Абсолютно никаких вампиров».

«Папочка просто ищет классный журнал, чтобы под шумок наставить мне отлично по химии. Нельзя быть таким МНИТЕЛЬНЫМ, домнуле Фунар».

«К слову о мнительности. Нила, это очень важно. Что именно ты выдумала о своём историке, а что – нет?»

— Вот стерва, – шипит Сильвана мне на ухо так неожиданно, что я вздрагиваю. – Ты посмотри на неё. Ну и чё, как думаешь, отстранит?

Элиза поймала Листера прямо у входа во внутренний дворик – Листер даже не успел закрыть за собой дверь, а вторую фигуру, маячащую позади него, Элиза и вовсе забаррикадировала на внешней территории академии.

Я присматриваюсь.

Дружелюбный вампир Константин. Предсказуемо. Ещё и с какой-то массивной кожаной сумкой – я даже могу предположить, что в ней.

— А что, не должен? – интересуется Тома у Сильваны. – Элиза вроде бы ничего не придумала. Правила есть правила, Сильвана. Так, Алин?

Почему они все сегодня хотят получить от меня подтверждение своим мыслям?

Сильвана смеряет Тому скептичным взглядом.

— И чё, по каким правилам ты свалила вчера гонять чаи с мастером Хэнриком, пока Дан искал тебя на этих паршивых салках? Чё-то не припомню, чтобы мистер Задница расширял радиус наших пряток до кабинета директора.

Мои брови ползут вверх. Тома, воркующая с Генри Лазареску посреди тренировки с Кюлем? Почему-то она забыла упомянуть об этом моменте вчера во время всеобщего поливания Генри помоями.

Тома теряет дар речи на несколько секунд – что очень для неё нетипично.

— Откуда ты…

— У меня было очень удобное окошко, – ведёт плечом Сильвана. – С очень хорошим видом. Ты правильно сделала, что не подходила к окну, но твои волосы я всё равно заметила. Надевай в следующий раз капюш…

— Ковач! – прерывает её Листер, отстраняя от себя Элизу и пропуская Константина вперёд. – Ни дня без проверки организма на прочность? А как славно ты пела о правилах применения сыворотки на промежуточных срезах…

— О, я чертовски хорошо знаю все эти правила, мастер Даскалу, – скалится Сильвана. – Хотите, прям ща их повторю?

— Нет, я хочу, чтобы ты их соблюдала, а не повторяла, Ковач, – качает головой Листер. – С памятью у тебя всё в порядке – может, включишь благоразумие? Или все ресурсы мозга направлены в одну сторону? Трипон, угомонись! Ну мор каи, кынд вор кыйни[98]. Ковач, пишешь мне эссе к понедельнику. Десять… нет, пятнадцать случаев трагической гибели незадачливых охотников, переоценивших возможности своего организма перед введением сыворотки. Поройся в дальних стеллажах библиотеки – там должны быть подходящие рукописи века эдак шестнадцатого-семнадцатого. Как раз будет чем удивить мастера Саркади. Если его ещё можно удивить фокусами вашей группы…