Круговорот и тени - Джин Родман Вулф Страница 146

— Да, когда я её в последний раз видел, спала.

— Моя лодка это есть, – продолжил Вейзер, увесисто стукнув о палубу каблуком сапога. – Если никому на моей лодке она не вредить, ничего я не делать.

— Но если кого-нибудь тронет, ты вынужден будешь принять меры. Вполне понимаю тебя, капитан. Вполне понимаю.

На этом Вейзер поднялся, развернулся, собираясь уйти.

— Будь добр, ответь ещё на один вопрос. Каким образом Таль догадался призвать в свидетели Прежних? Я ведь ни словом с ним не перемолвился. А если ему подсказал это кто-то из вас четверых, как о сём догадались вы?

— Это не мы быть, мессир, – вновь смерив меня изучающим взглядом, отвечал Вейзер. – Ты думать, я знаю? Ошибаться ты есть. Не знал я, так быть.

— Человек… Хор-роший! – заверил меня Орев.

— Я и не думал, что ты, капитан, это знал… скорее уж, скажем так, понадеялся: дескать, а вдруг? Понадеялся, поскольку сам очень хотел бы понять, как это получилось.

— Что я думаю, я тебе расскажу. С тобой они говорят?

— Случается, – кивнув, подтвердил я.

— С тобой одним они говорят? Так они сказать быть?

С этим он, не дожидаясь ответа, отошёл от меня, а я, выждав пару минут, велел Малышу спуститься вниз и постеречь Джали, не позволяя никому чинить ей вред и даже прикасаться к ней.

— Хор-рошо… хор-рошо, – с одобрением пробормотал Орев.

Малыш послушно поднялся и направился вниз. Толстые чёрные когти его (совсем тупые, когда он с мольбой кладёт лапу мне на колено, но оставляющие столь жуткие раны на трупах моих врагов) зацокали о настил палубы в точности так же, как в прежние времена. На миг мне почудилось, будто мы снова вдвоём, будто мой крохотный шлюп несёт нас на запад, а по носу, и по корме, и справа по борту, и слева по борту, куда ни взгляни, нет ничего, кроме безмятежной лазури неба да синевы морских волн.

Мне б самому спуститься сейчас вниз и прилечь, но нет, обожду, обожду хотя бы пару минут, поскольку знаю: там ничуть не теплее, чем здесь, и вдобавок темно, а бодрящий ветер заменит сотня злокозненных сквозняков. Подобно Круговороту и его мужественным многострадальным жителям, я держусь, цепляюсь за своё солнце, пока хватает сил.

Выходит, сильнее всего Вейзера поразили Соседи… а о Круговороте Красного Солнца Вейзер уже старается позабыть и спустя какой-нибудь месяц наверняка сумеет убедить себя, что всё это просто привиделось ему в дурном сне.

Сколькие же из запомнившихся мне дурных снов в действительности вовсе не сновидения? Впрочем, какая разница… Жизнь наша есть наши мысли, иной жизни нам не дано. Допустим, муж считает жену верной и счастлив. Велика ли разница, верна ему жена или нет, пока он верит в первое? Читайте, читайте внимательно, сыновья мои!

Несомненно, в действительности (известной лишь ей самой да богам) она порой верна мужу, а порой – нет, подобно всем прочим женщинам.

Из этого становится ясно, для чего нужны боги. Боги – если и не взаправду, то в наших о них представлениях – видят, где истина. Возможно, не все, но уж Иносущий-то точно, коль Пас с остальными действительно поклоняются ему. Как воспринимают наше пробуждение люди, с которыми нам доводится встречаться, вести разговоры во сне? Допустим, на их взгляд, мы умираем, но остаются ли там наши трупы до тех пор, пока пригрезившиеся нам спутники и собеседники не оплачут, не предадут их земле?