Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 155

Я сглотнул и решил, что другой шансмне вряд ли представится.

— Э-э, возможно, – ответил я, медленно пятясь и огибая стол.

— Арчи! – изумленно воскликнул Райан.

От ленцы Донни в мгновение не осталось и следа – он весь подобрался, вытянулся в струну и стал похож на ощерившегося лиса.

— Как это понимать, золотце?

Я почти впечатлился.

— А чего ты хотел? – спокойно встретил я его взгляд. – Обращаешься с людьми как с вещами, заставляешь выполнять любые прихоти. Да мне и смотреть на тебя тошно. – Фейри как-то очень уж правдоподобно вздрогнул, и я поспешил закрепить успех: – Фигляр, садист, извращенец чертов!

У Рая задергался глаз. Я решил, что потом ему это припомню.

Патрон вскочил на ноги.

– Если они не дадут нам подходящего повода, придется устроить конфликт самим. Золотце, твоя задача – развести драму.

– Эмм, не думаю, что у меня получится.

– Еще как получится. Просто начни со мной спорить.

– Прямо там, при них? Как ты себе это представляешь?

– Именно так... Да, великолепно. Потом поддай эмоций и намекни, что не прочь сработаться с ними.

– Ты сбрендил? Я ни за что на это не соглашусь.

— Мистер О'Кифф, считайте, что я согласен, – быстро проговорил я, на следующем шаге перенесясь к креслу старика и легко пожав лежащую на подлокотнике морщинистую ладонь.

Это произвело эффект разорвавшейся бомбы: охранники сделали шаг вперед, повыскакившие из кресел родственнички, наоборот – попятились, О'ши «остолбенел от происходящего» как раз между ними и главой семьи.

— Ты ответишь за свои слова, – медленно произнес Донни и сделал эффектный, на зрителей рассчитанный жест. Внутри меня снова что-то дернулось. Очень даже ощутимо, между прочим. Вот же мстительный стервец! Ладно, признаюсь, извращенцем я назвал его ради красного словца, но «садиста» он честно заслужил.

Я охнул, упал на одно колено и схватился за голову, мысленно рванув на себя невидимую веревку. Особенного эффекта я не ожидал, поэтому когда фейри, успевшего оказаться рядом со мной, согнуло пополам, непроизвольно бросился на помощь, кое-как замаскировав это движение под намерение наподдать разок ненавистному боссу. И когда Донни хитрой подсечкой опрокинул меня на пол и прижал к нему сверху коленом, испытал скорее облегчение с небольшой толикой досады. А когда он с улыбкой наемного убийцы наставил на меня дуло револьвера и очень серьезно произнес: «Час расплаты пробил, золотце», меня затрясло, из горла вырывались приглушенные хрипы и сипы, и я очень надеялся, что со стороны они напоминают предсмертные. И совсем не похожи на еле сдерживаемый истеричный смех от того, что один придурочный фейри украдкой щекочет меня по ребрам. Поверьте, когда вам в лоб направлена пушка, на вас смотрит верхушка не самого сопливого мафиозного клана, а вас распирает от хохота – это очень своеобразное ощущение.

Я до сих пор удивляюсь, что семейство О'Кифф купилось на этот фарс. Должно быть, мы были убедительны. К тому же все произошло очень быстро – намного быстрее, чем я сумел об этом рассказать, – да и дельце могло показаться таким верным...

Щелчок передернутого затвора стал сигналом того, что рыбка проглотила наживку.

— Отойдите от моего человека, Дэр. Вы же слышали: он заключил со мной сделку. – Старина Донал красноречиво ткнул стволом в затылок патрона.