Кровь утопающих - Кейли Кэссиди Страница 159

— Поэтому императрица пыталась забрать меня? Чтобы привести к тебе. Она твоя помощница. Она может причинить мне вред. Она помогла бы тебе совершить заклинание, разрывающее нашу связь, и создать новые узы, наподобие тех, что ты разделяешь с моей матерью!

Бледная голова негьи беспокойно наклонилась в сторону почти живым движением.

— Да. Нивала почитает меня и трепещет передо мной. Она хорошо послужила мне.

Теплая кровь потекла по моему животу. Перед глазами все поплыло, и не было сил остановить сотрясающую меня дрожь. Безнадежность овладела мной, я подумала: вот бы свернуться калачиком на боку и замереть, сдаться без борьбы. Мы зашли в тупик. У меня не было ни единого шанса на победу.

— Ты слабеешь, – уронила Эосия, как всегда, бесцветным голосом, но я почти ощущала ее панику.

Воздух вокруг вибрировал, и этот тревожный гул будоражил мою кровь.

Мой рот вяло приоткрылся, но я спохватилась и стиснула зубы. Сделала вдох, отозвавшийся болью. И вдруг как искра вспыхнула мысль: ведь я тоже могу сеять страх. Я была достойна почитания, и если кто-то не пожелает беззаветно служить мне, как служит Эосии императрица, то будет подчиняться по принуждению.

И я точно знала, кого возьму в помощники. Кого заставлю помочь мне разорвать связь с Эосией и покончить с ней.

— Пусти меня на Антемоэссу, и я совершу это заклинание. Я сохраню тебе жизнь, – поспешно сказала я с колотящимся сердцем.

Она не ответила.

— Быстрее, Эосия. – Мой голос дрогнул. – Мне нужно украсть невесту.

Негья долго смотрела на меня, и я знала, что Эосия обдумывает мои условия. Я приду к ней на Антемоэссу, и одна из нас одержит верх. Она резко, коротко кивнула. Затем моргнула и медленно двинулась ко мне на четвереньках, напоминая паука. Мне вспомнились предостережения Теодора касательно заклинаний. Он наотрез запрещал даже думать о выполнении более одного заклинания, чтобы покончить с Эосией. Но без этого не было никакой надежды на успех.

— Останусь ли я прежней? – Я прислонилась к мачте. – После заклинания.

— То, что магия забирает, никогда не возвращается.

Паруса и снасти расплылись перед глазами. Боль притупилась.

— Что мне делать? – спросила я, точно напуганный ребенок.

Ее пустой взгляд был устремлен в сторону, хотя она опустилась на колени рядом со мной. Набрала песок в свою разлагающуюся ладонь.

— Песок встречается с кровью. Жир заполняет рот. Водоросли сшивают плоть.

Я посмотрела на ее гниющее тело, на облепившие его водоросли и ракушки, на участки студенистой кожи. Мой желудок скрутило от мысли о том, что я могу стать ее подобием, но я сжала зубы и натянула через голову влажную блузу.

— Я должна оставить кровь на песке?

Она кивнула. Я вздрогнула, прорезая когтем кожу на своей ладони. Как это знакомо… Кровь закапала на песок, который держала негья, после чего она подползла ближе и потянулась к моей ране. Я снова дернулась и резко втянула воздух, когда она вдавила в нее горсть окровавленного песка. Потом она сунула мне водоросль. Я откусила кусочек, положила его на рану и посмотрела на свою мучительницу, ожидая одобрения.

— С жиром, – сказала она.

— Я… я не…

— Магия не может создать что-то из ничего.

Цена была высока.

Я вонзила коготь в нежную кожу под пупком. Оторвала окровавленный кусочек плоти и вспомнила Рохану. В тот раз лоза сунула ей подношение в рот через прогнившую насквозь щеку. Давясь, я положила его на язык и попыталась проглотить.