Алый клинок - Анна Гелаир Страница 16

— Возможно, ты когда-нибудь слышала или читала истории об эльфах, феях или ши[2], похищающих человеческих детей и взрослых людей, приглянувшихся им красотой или талантом. – Эзра говорил медленно, подбирая слова.

Джой снова кивнула. Ещё бы не читала! Она и сейчас иногда перечитывала эти сказки. Они были прекрасны: манили за собой в Волшебную страну. Иногда Джой мечтала, чтобы её, подобно Томасу Лермонту[3], увели в страну грёз и одарили каким-нибудь талантом.

— Так вот, – продолжил Эзра. – Это не совсем сказки. А та крупица правды, что осталась в памяти людей. Вся правда намного сложнее и запутанней, чем то немногое, что я сейчас расскажу. Мы тратим годы на изучение нашей истории, как люди – на изучение своей. Если коротко, то твои родители, ты, я и многие другие – далёкие потомки тех, когда-то ушедших в холмы, или ши[4], людей. Наполовину люди, наполовину эс ши[5]. Светящееся оружие, которое ты видела – один из даров волшебной крови в наших жилах.

Заявление Эзры звучало бредово, и глаза Джой распахнулись шире. Может, её обкололи не теми лекарствами и у неё галлюцинации? Это бы всё объяснило. Но разве не она мечтала в детстве, чтобы все волшебные сказки об эльфах стали правдой? Вряд ли у этого человека были причины разыгрывать её в настолько неподходящий момент. Правда, Эзра ответил всего на два из многочисленных вопросов, вертевшихся у неё в голове.

Видимо, по лицу Джой Эзра понял, о чём она думает.

— Понимаю, я не ответил и на половину твоих вопросов. И понимаю, что сейчас их только прибавилось. Но тебе действительно нужно отдохнуть. Через пару дней мы вернёмся, и я расскажу тебе всё, что смогу. Постарайся пока побольше спать и поменьше думать, если сможешь.

Джой слабо кивнула. Глаза закрывались сами собой, словно в них насыпали пригоршню песка. Легко сказать, «не думать». Не думать о том, что папы больше нет? Или не думать, что вся её жизнь была ложью, дымом и зеркалами, реквизитом умелого фокусника? А может, не думать о том, где сейчас мама, кто и зачем её похитил?

Она злилась на родителей и одновременно безумно скучала по ним. Это мешало сознанию ускользнуть в сон. Девушка услышала звук отодвигаемого стула, затем шаги двух пар ног. Скрипнула дверь.

— До скорой встречи, Фейт, – сказал Эзра на прощание.

Снова звук шагов, и дверь захлопнулась.

— Меня зовут Джой, – пробормотала девушка в пустоту.

Она почувствовала влагу на щеках, хотя не заметила, когда позволила слезам пролиться.

Несмотря на обещание, через два дня Эзра не появился. Поняв, что новоиспечённый дядя не придёт, Джой пожала плечами и продолжила заниматься тем же, чем и до этого. Ничем.

Вставать ей разрешили очень быстро. А вот покидать палату запретили, и заняться в ней было нечем. Всю обстановку составляли кровать, тумбочка с её одеждой да пара стульев. Одежда была тщательно отстирана от крови. Ни посетителей, ни книг, ни хотя бы телевизора. Джой не слишком любила телепередачи, но сейчас бы не отказалась и от них.

Всё, что ей оставалось – это лежать в кровати или наматывать круги вокруг скудных предметов мебели. Это занятие довольно быстро исчерпывало её небогатый запас сил. Устав, она либо ложилась и бездумно глазела в высокий деревянный потолок с резными кессонами[6], либо устраивалась на подоконнике и разглядывала зимнюю панораму Йоркшира.