Ведьмы. Ру 2 - Екатерина Насута Страница 166

— Во, видишь, он тоже не откажется.

— Откажусь, — покачал головой Василий. — Боюсь, я не обладаю нужным уровнем знаний, чтобы всё сделать должным образом. Однако, если необходимо, я могу связаться. У меня есть знакомый палач. Он вполне справится, хотя сам предпочитает иные способы воздействия, но, насколько мне известно, владеет и классическими методиками проведения казни.

— Я не хочу никого убивать!

— Если найти целителей, то снятие шкуры не повлечёт за собой физической гибели, — взгляд Василия был чист и искренен.

Ульяна выдохнула.

Отпускало.

Данила ли был тому причиной, Василий ли или просто… но отпускало. Страшно. Вот живёшь-живёшь и не знает, что в тебе таится. А ведь оно едва не вырвалось. Это тут, у дверей туалета, можно рассуждать о том, как правильно снимать шкуру, но ведь она на самом деле… она бы могла… и без палача.

Просто пожелать.

И что-то внутри нашёптывало, что это нормально.

Что даже правильно.

А ещё надёжно. Сделать так, чтобы он… чтобы этот Родион больше никому не смог причинить вреда. Ведь те несчастные девочки, они ведь не были виноваты.

Они, как Ульяна, искали любви.

Поверили в любовь.

А…

Выдохнуть. И успокоиться.

— Всё хорошо, Уль. Ты никого и не убила. Мы сейчас иначе сделаем… этот… Р-родион на камеру всё повторит. Подробно. А Игорёк пробьёт контакты этих девушек. Родню поищем. И того, кто дела ведет о пропаже.

Последнее было сказано неуверенно.

— Думаешь, они есть? — тьма внутри нашёптывала, что с ней куда надёжней, чем с полицией.

— Не знаю. Не хочу тебе врать, но… если бы они пропали здесь, тогда точно дела были бы. А они улетели. Сами. Добровольно. И даже если дело завели бы, то…

— Кто станет их искать там?

— Именно…

— Тогда… какой смысл?

— Сделать так, чтобы на эту схему обратили внимание? — предположил Мелецкий. — Он ведь наверняка не один такой. Есть другие…

Сила колыхнулась.

И Ульяна поняла, что ещё немного и не сдержит. Она стиснула зубы, но почему-то стало только хуже.

— Д-думаешь?

— Почти уверен. Уж больно всё отработано. И на одном много не заработаешь… да и тоже это всё… странно.

Сила требовала… возмездия?

Нет. Ульяна не готова на возмездие. Значит… значит, надо думать. Включать голову, а не одни страдания. У неё ведь голова светлая.

Ей все об этом говорили.

— Почему? — поинтересовался Василий. — Красивая рабыня дорого стоит.

— Это у вас. У нас тоже немало, но не столько, чтобы хватило и на оплату услуг такого Родиона, и на представление. Очаровать девушку не так и просто. Если он изображал удачливого бизнесмена, то должен был соответствовать. Одежда. Машина. Квартира. Привычки. Стало быть, цветы, рестораны и подарки, даже если без размаха, то всё равно. Это недёшево.

Разум зацепился за слово.

Очаровать?

Нет уж… хватит. Ульяна больше не позволит им никого очаровывать.

— Пусть он всем отныне внушает только отвращение. Он и остальные, подобные ему, кто влюблял в себя девушек, а потом продавал их, — уточнила Ульяна на всякий случай. И вспомнила. — До тех пор, пока они сами не раскаются. В полиции! С чистосердечным признанием.

Она прислушалась к себе, пытаясь понять, получилось ли хоть что-то.

Сила вырвалась и, заложив спираль, с громким хлопком растворилась.

— А палач, — заметил Василий, прижимая к груди портфель так, будто это могло его защитить. — Всё же был бы милосердней…