Лишенные богов - Лиза Андерсон Страница 170

Оркан не шелохнулся, когда Ксан подошел вплотную. У твари не было глаз – лишь алая, туго натянутая кожа, под которой белел костяк. В этом теле из костей и сухожилий не было органов: ни сердца, чтобы пронзить, ни легких, чтобы сбить дыхание. Чаще всего орканы были лишь марионетками, сшитыми «нитями мертвых», но этот пришел сам. Он просочился сквозь Завесу, облачившись в дешевую имитацию человеческой плоти.

Такие существа легко убивали неопытных ведьм. Достаточно секундного замешательства, неверного жеста или слабой искры заклинания – и ты труп. Без знания их анатомии схватка превращалась в смертный приговор.

Впрочем, один способ работал всегда.

Ксан коротко, с оттяжкой взмахнул топором. Он уже развернулся к дороге, когда голова твари только начала сползать в траву.

В тишине своей комнаты Ксан иногда ловил себя на странной мысли: то, что для других было смертным ужасом, для него стало болезненным утешением. Встреча с орканом для большинства – последний миг в жизни, но Ксану она приносила ледяную ясность. Сражаться было просто. Сражаться с орканами – еще проще.

В такие моменты он проваливался в те глубины сознания, куда не дотягивались ни паника, ни страх. Это была абсолютная отрешенность: разум затихал, уступая место инстинктам и безупречной мышечной памяти. Даже величайшие ведьмы гибли, если не могли обуздать собственный дар, но Ксан не полагался на капризную магию.

В большой игре, масштабы которой он только предчувствовал, риск был слишком велик. Пока была возможность, он выбирал осязаемую сталь. Он призывал оружие, доверяя своим земным талантам и верному топору больше, чем любым заклинаниям.

Исцеление Вик выпило его досуха. Такого опустошения Ксан не знал со времен своего ученичества. Целительство всегда считалось неоправданным риском, чистым безумием, и каждый довод рассудка кричал ему об этом. Он понимал, насколько это опрометчиво и глупо, но не смог отвернуться.

Когда она посмотрела на него этими огромными, полными боли глазами, Ксана захлестнула вина. Магия была единственным способом унять давящую тяжесть в груди, но даже она не принесла покоя. Оставив ее в кабинете Макса, он чувствовал себя последним ничтожеством.

Сейчас ему требовалась предельная осторожность. Он балансировал на грани истощения и не имел права на еще одну ошибку. Нужно было собраться, выкинуть образ Вик из головы. Она в безопасности, она обещала уйти. Вокруг лишь мертвецы и холодный расчет, и только это сейчас имело значение.

Трупы свешивались из окон застывших машин – последняя, отчаянная попытка к бегству. Рядом фонарный столб впечатался в кузов разбитого седана; лобовое стекло превратилось в крошево, залитое густой кровью. Человеческие останки, разбросанные по ближайшей лужайке, окрасили снег в грязно-розовый цвет.

Ксан не видел выживших – только орканов. Возможно, кто-то успел укрыться в подвалах, проявив редкую предусмотрительность, но бойня явно была молниеносной. Стоило солнцу скрыться, как спустя считаные минуты город наводнили твари. Ксан и не предполагал, что их может собраться столько в одном месте. Шансов у маленького городка практически не было.

Город был слишком разрозненным, и Ксан понимал: орканам потребуется время, чтобы прочесать все дома на окраинах. Те, кто успел затаиться в подвалах на периферии, имели призрачный шанс переждать бойню. Однако пока твари кишели повсюду, любая попытка спасения была бессмысленной.