Королевская кровь - Дэниел Абрахам Страница 174

— Благодарю, ваше величество, – наконец сумел выдавить он.

Горло оказалось сведено судорогой – голос звучал задушенно, будто кто-то сдавливает шею.

Король Леккан кивнул.

— Не спешите разговаривать, – ответил он. – Отдохните.

На короле Астерилхолда – никаких отметин. Ни кровоподтеков на лице, ни застарелых пятен крови на тюремной одежде. И это человек, который замышлял убить принца Астера. Зато Доусона жестоко избивали всем на потеху. Не то чтобы он считал это нечестным – барон вполне понимал разницу между обращением с врагом и обращением с предателем. Однако его палачи попросту не видят, что они-то и предают сейчас традиции Антеи и ее величие. Именно они вверяют престол кровожадному клоуну и его чужеземным повелителям.

Впрочем, в этом есть и вина Доусона. Нельзя было соглашаться на то, чтобы Паллиако стал опекуном принца. Решение казалось в тот миг таким удобным и безобидным. Откуда было знать, что это искра в сухом лесу…

Он перевернулся на бок под возражения короля-врага, с усилием приподнялся и сел. Его чуть не стошнило; спасало лишь то, что желудок пуст. Камера оказалась меньше, чем он думал. Десять локтей в ширину, двенадцать в длину. Даже в его псарнях помещения просторнее.

Открылась дверь, вошел верховный жрец. Былую приятную улыбку смыло, будто ее никогда не было. Взамен – ни сердитого взгляда, ни нахмуренных бровей: лицо Басрахипа походило на каменную маску себя самого. Никакой мимики. Доусон с удовлетворением разглядел толстую повязку под одеждой, где пришелся удар его клинка. Следовавшие за жрецом четверо стражников в кожаных доспехах, вооруженные мечами и кинжалами, остановились в дверях, будто личная охрана короля. Доусон, повернув голову, выплюнул ярко-алый сгусток крови.

— Где принц Гедер? – спросил Басрахип.

Голос рокотал, как дальний гром.

— Принца Гедера не существует, – ответил барон.

— Ты его убил.

— Нет. Он не принц. Он лорд-регент. Это не то же, что принц. Принц и король у нас Астер, а Паллиако не более чем местоблюститель, пока Астер не займет престол своего отца.

Жрец сощурил глаза:

— Где Гедер Паллиако?

— Не знаю.

Кто-то из стражников вытащил кинжал. Опять пытки. Доусон устыдился собственного порыва отшатнуться от угрозы.

— А юный принц? Астер?

— Я искал его с самого начала.

— Чтобы убить.

— Чтобы принести к его ногам мою верность и мой меч. Против вас с Паллиако.

Лицо Басрахипа наконец хоть что-то выразило. Широкие брови дрогнули и сдвинулись. Он сел на землю напротив Доусона, подобрав под себя ноги. Барон видел, как переглянулись в замешательстве стражники.

— Ты говоришь правду, – сказал жрец.

— Вы не стоите того, чтобы вам лгать, – холодно процедил Доусон.

Лицо Басрахипа сделалось удивленным почти до смешного.

— Ты считаешь правду оскорблением, лорд? Да ты испорчен до глубины души!

— Я не намерен давать вам отчет о своих убеждениях, – ледяным тоном отчеканил барон. – Вы не более чем ком грязи, всплывший с речного дна в Кешете и пытающийся встать в позу. Вы недостойны чистить мне башмаки. Вам не пристало ходить по городу, где царствовал Симеон. Вы не заслуживаете воздуха, которым он дышал.

— А! – сказал жрец, будто что-то понял. – Ты привязан к этому миру. Тебя пугает пришествие справедливости.

— Я не боюсь ни вас, ни вашей блудливой богини.