Кровь Тала - Софья Шиманская Страница 18

— Ты можешь ненавидеть нас, Милош, но послушай мудрых матерей Зена. Даже они считают, что побрататься с Хозяином Стихии – это лучшая инвестиция своей крови.

— Твою-то мать, Аэд… – Айлан отпустил Милоша и ошалело уставился на хана. – Ты сплел свою кровь с Даллахом?

Орхо усмехнулся.

— Да, матушка тоже была бы не в восторге.

Свежие порезы на руках приятно чесались. Он аккуратно снял повязку и посмотрел на два полумесяца возле локтя и запястья левой руки, которые только-только схватились коростой. Кровный договор родства, древний, как сам север. Орхо должен был породнить Эдеру с Талом окончательно и сделал это самым простым способом. Чувствовать в своих венах прохладную кровь Даллаха было не в пример лучше, чем зенийскую гниль. Одна мысль о союзе с падальщицами вызывала омерзение. А ничего более естественного, чем братство двух проводников и представить себе было нельзя.

Милош закрыл лицо руками, тяжело и яростно дыша. Айлан медленно прошелся вдоль зала ставки, задумчиво очерчивая витой орнамент на круглых стенах. Нагнувшись, он подобрал трубку иверийца и заполнил ее новой порцией ковыля.

— Это выглядит как вполне разумная тактика, – наконец сказал он.

— Ты не слышишь его звон, – Милош, кипя злобой, обернулся, – а я слышу. Это не план, это порыв, дурной и…

— Это звучит, – веско выделил Айлан и пихнул трубку ему в руку, – как тактика. Не важно, чем было это решение, важно, как оно будет выглядеть в глазах людей. – Он повернулся к Орхо и покачал головой: – Ты сделал серьезный ход. Когда об этом узнает Курултай и Каган…

— Они не узнают, – оборвал его Орхо, – до времени. Как минимум пока Даллах не войдет в силу.

Айлан, подумав, кивнул.

— Разумно.

Милош в немом бешенстве сжал кулаки, не зная, куда направить свою ярость.

— Разумно?! Спасибо за поддержку! – он картинно поклонился Айлану. – Я всего лишь последние десять лет пытался убедить север в том, что Аэд себя контролирует. Что он договороспособен, принимает взвешенные решения, и…

— Ну тихо-тихо, – Айлан примирительно поднял руки, – я просто не вижу смысла обсуждать то, что уже сделано. Работаем с тем, что есть.

— С тем, что есть, значит? – Милош улыбнулся и принялся загибать пальцы: – У нас был проводник, а теперь у нас есть два проводника. И все. Больше у нас ничего нет. И не будет!

— Не драматизируй, – отмахнулся Орхо, – Даллах очнется, баланс сил изменится. Мы что-нибудь придумаем.

— И что именно? Пыльный Яр – это нищая земля, Аэд. Истред не голодает только по милости Зена.

— В худшем случае снимемся с места.

— Истред стоит уже двадцать лет, – покачал головой Айлан, – ты не можешь снова отправлять их скитаться. Не веди себя как твой брат.

— Я сказал, в худшем случае, – раздраженно бросил Орхо, – пока ваша задача выиграть мне время. Они не должны узнать о союзе с Даллахом. Не сейчас. Придумайте отговорки.

Последствия… Больше всего он ненавидел последствия. Мать некогда говорила ему, что самая большая ошибка черни – считать, что люди, у которых есть власть, могут делать что захотят. Таана-ханум была права. С ней это часто случалось.

— Знаешь, что, – Милош помедлил, собираясь с мыслями, и махнул рукой, – забудь про Зен. Ты сплел с Даллахом кровь против его воли. Привязал его к себе насильно. Ритуалом, который не разорвать и не отменить. Это не союз, это принуждение. Чего ты ждешь от него, верности? Ты получишь еще одного Тенхо, который ненавидит тебя.