Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 180

Назвать даже полудракона человеком у Мечислава язык не поворачивался.

— Нет, – просто ответил Шарль. – Я, кстати, тебя помню.

— Я тебя тоже.

Они на миг замолчали. Они встречались раза два. Давно. И оба раза – через Совет Вампиров.

Молодой тогда (и трехсот лет не было малышу) Мечислав получал сначала статус ронина, а потом и Креатора, доказывая свои мастерство и силу.

А Шарль уже тогда был игрушкой Альфонсо да Силва.

И оба помнили эти встречи. А еще Мечислав помнил, как Альфонсо любезно предложил ему «немножко поразвлечься с этим ублюдком…». И свой равнодушный отказ. «На свете хватает и законнорожденных». И лиловые глаза, на миг полыхнувшие яростью.

Тогда Шарль был еще не сломлен. Сейчас же…

Насколько можно на него рассчитывать?

Первым молчание нарушил Шарль.

— Я хочу, чтобы она осталась цела и невредима. Ты можешь это обеспечить?

— Я сам этого хочу. Но удержать ее не получается.

— Я знаю, ты предпочел бы, чтобы она отвернулась и промолчала.

— Да. Но она так не сможет.

— А что сможешь ты?

— Не знаю.

Зеленый взгляд скрестился с лиловым. И словно звякнули столкнувшиеся где-то вдали шпаги.

— Ты можешь вернуть меня обратно.

— Могу. И – не могу. Она мне до смерти не простит.

— Я пытался поговорить с ней. Если что – пусть не винит себя. Ладно?

Мечислав вздохнул. Потом вышел из-за стола, достал из бара коньяк, бокал – и поставил на стол перед Шарлем.

— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли что-нибудь мясное. Я знаю, вы любите.

— Любим. И еще. Ты так погубишь ее.

Зеленые глаза бешено сверкнули.

— Как – так?

— Она совсем ничего не знает о своей силе. И не может пользоваться. Ты это специально?

— Нет. Это она не хочет меня даже слушать.

— А кого-нибудь другого? – попал в десятку своим вопросом Шарль. Мечислав тряхнул головой.

— Пока ты с ней – можешь сам учить ее. На здоровье.

— Наша магия и ее – они разные.

— И в чем же состоит эта разница?

— Ты еще не понял, какой природы её сила?

— Она замечательный манипулятор аурами. Предполагаю, что она станет неплохим лекарем.

Шарль криво улыбнулся.

— Если бы. Ее сила – это сила жизни. Как твоя магия – магия смерти, так ее – магия жизни. Пока Юля еще только в начале пути, но она будет расти и развиваться. Тебе объяснить, что это означает?

— О, черт!

Мечислав рухнул обратно в кресло и обхватил голову руками. Такого он себе представить не мог. Или мог, но не хотел?

Наверное, и то, и другое.

Юля – маг жизни. Ее сила – сила самой жизни.

Это объясняло всё. Мысли-кирпичики укладывались в стройную конструкцию. Ее сила, ее поступки, ее возможности… Но последствия!

Сила вампиров ближе к некромантии. Сложно найти что-то более противоположное магии жизни. Фактически, он и Юля – антагонисты. И ее сила растет. Быстрее, чем его сила. Пока – быстрее.

И кто тогда будет главным в их связке?

И что это будет за связка?

Маг жизни – фамильар вампира – или наоборот, вампир – слуга у мага жизни?

А ведь Юля…

— Да. Лет через сто, если она проживет столько, ей ваш Совет будет на один зуб, – криво улыбнулся Шарль. – И ты – тоже.

— Заткнись, – прошипел Мечислав. – И если я узнаю, что ты хоть слово кому-нибудь сказал…

— Юля уже знает. И все будет знать.

— Я не о Юле.

Фиалковый взгляд спокойно встретил зеленый. Что прочел Шарль в глазах вампира? Что понял Мечислав? Но спустя пять минут в комнате раздалось тихое: