Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 189

И самое приятное – никакого обвинения в убийстве. Стояла я рядом, рукой махнула, а человек померши. Почему? Ну-у… срок ему пришел. А как еще объяснить необъяснимое с точки зрения современной науки? «Гражданин судья, эта стерва изуродовала ауру моему другу, а он от этого копыта отбросил?»

Неубедительно.

Глорианна чуть дернулась – и по-моему собралась умирать. Располосованная вдоль и поперек аура расползалась, подобно киселю прямо на моих глазах. М-да. Я погорячилась? Если только немного. С другой стороны – что она – такая слабая? Ни мозг, ни сердце я ей не задела, так какие проблемы? Пусть как хочет, так и восстанавливается!

Я шагнула было к двери, позвать народ, но Годвин молниеносно уложил сестренку на ковер – и развернулся ко мне.

— Ты!!!

Ну я. Сложно отрицать очевидное.

— Ты убила ее!!!

Лицо вампира исказилось, кости словно поплыли под кожей, превращая его в морду хищного зверя, руки вытянулись вперед, пальцы изогнулись, наподобие моих когтей… Теперь его не назвал бы красивым даже поклонник творчества Церетели.

— Пока еще нет.

Я не испугалась. При необходимости я могу и повторить номер. На «бис». Но зачем? Лучше не наживать себе таких врагов.

— Она умирает!!! За это я убью тебя!!!

— И потеряешь единственную возможность спасти сестру, – указала я.

Годвин словно на стенку налетел. И даже слегка уплющился лицом, как персидский кот.

— Ты… ты…

— Не я, а ты. Сможешь отдать ей достаточно силы – восстановится. Не сможешь – здесь и зароем, – продолжила я тем же менторским тоном.

— Силы?! Как?!

Я пожала плечами.

— У вас вампиров, только один вид силы – кровь.

Все. Вампиру оказалось уже не до меня.

Он упал на колени рядом с сестрой, рванул ногтями вену на запястье и поднес к ее губам.

Несколько капель крови вытекло в оскаленный рот Глорианны. Вампирша дернулась. А потом вцепилась в его руку, как пиранья – в окровавленный кусок мяса, и принялась активно сосать. М-да. Я бы ей точно ни руки, ни пальца не дала. А то и ноги вместе с ними оттяпает.

И я опять соскользнула на другой уровень зрения.

Упс?

А вот этого я не предвидела…

Там, где вампирша налетела на мои когти, расползались радужные пятна. Почти аналог тех слизняков, которых я счистила с Лешки. Только те слизняки кому-то передавали накопленную силу, а мои… а мои гробили бедную вампиршу без всякой передачи. Ощущение было такое, что в этих местах ее аура расползается в лохмотья. Вот, видимо, об этом и говорил Шарль. Моя сила – сила жизни. А аура вампиров таки тесно повязана со смертью. Захочу – угроблю, захочу – спасу. А спасать я эту стерву точно не хотела. Вот ее аура и уничтожается впрыснутой энергией живого. Непереваренной. Чистой. Почти как энергия солнечного света. И что Годвин с ней ни делай – сама она не восстановится. Смерти не под силу бороться с жизнью. Просто потому, что смерть – это неотъемлемая часть жизни. Как голова – часть живого организма. Но рука или там нога не смогут бороться со всем организмом.

Я покачала головой. Так мы обоих родственничков тут и закопаем. А это в мои планы не входит. Если они помрут – Альфонсо по нам катком проедется. И точно заставит вернуть Шарля. А этого я допустить не могу.

Пришлось присесть рядом – и аккуратно поместить ладонь над ранами.

Ну-ка, домой! Что еще за новости кино? Я ее убивать не хотела!