Хозяйка забытой усадьбы - Александра Воронцова Страница 192

Но я не рассчитывала на такую милость.

Ведь я возвращала то, что взял мой предок.

Я останусь без всего, если буду жива.

За мгновение до того, как я стала терять сознание и сползать под воду, я почувствовала, что сердце Рина начинает биться быстрее.

Я успела увидеть распахнувшиеся ресницы и безумный взгляд, и чернота накрыла меня.

В темном забвении было хорошо.

Было небольно и нестрашно.

– Манон!

Как можно рычать такое мягкое имя?

– Манон!

Вот какой-то Манон достанется…

– Рыжая! Королева проклятая! Рейне, чтоб тебя!

Рейне?

Я есть рейне. Это ко мне?

Я неохотно открыла глаза и тут же об этом пожалела. В окружении сотен магсветлячков, нервно роившихся вокруг меня и испускающих невыносимо резкий свет, надо мной нависало разъяренное лицо. Самое дорогое лицо во всех возможныхмирах.

Но оно выражало такое бешенство, что я малодушно зажмурилась.

– Идиотка! Я тебя задушу! Сначала женюсь, потом задушу, и еще раз женюсь!

Я чувствовала, как родные потоки магии Сангриено скользят по моему телу, будто растирая его и прогоняя стылый холод, сменивший обжигающее кипение крови в венах.

– А зачем жениться второй раз? – глупо спросила я, все еще не веря, что выжила. Раз со мной случилось такое чудо, я имела право на дурацкие вопросы.

Горло саднило, в груди болезненно распирало.

– Чтоб жизнь медом не казалась! – ругался Рин.

Голос его звучал так, словно он после победы неделю кутил в портовых тавернах, напиваясь и горланя песни.

Но для меня он был музыкой.

– Я не соглашалась выходить за тебя замуж, – счастливо напомнила ему я.

– Можешь возражать, – гневно раздувая ноздри, Сангриено тряс меня как тряпичную.

От этой тряски меня скрутило, я захрипела и, свесившись с колен Рина на бок, и откашляла воду, попавшую в легкие.

– По крайней мере, теперь я доросла до идиотки, – проскрипела я. – Раньше была курицей.

Взгляд упал на руку, которую я полосовала кинжалом.

Узоров на ней больше не было, но остался тонкий красный шрам.

Спасибо тебе, Покровитель. Это не цена за жизнь любимого человека.

– Источник тебя подлатал, – сварливо продолжал распекать меня Сангриено. – Но ты могла захлебнуться!

Я настороженно прислушалась к себе.

Все? Я расплатилась? У меня больше нет магии?

Но сила неожиданно отозвалась, неохотно и слабо, будто задремавший в берлоге зверь, которого будят охотничьи псы.

И было совершенно неизвестно, кто прячется в норе: барсук или медведь.

А Рин все ругался. Гены матери снова взяли свое, и мне досталось за все. Сколько нового я узнала о своих интеллектуальных способностях…

А я слушала и радовалась.

Пока не вспомнила, что раз уж мы оба живы, нам нужно довести до конца дело, ради которого мы столько пережили.

– Как думаешь, еще не поздно? – не очень понятно спросила я Сангриено, прерывая его воспитательную речь, но Рин понял меня сразу и помрачнел.

– Еще не рассвет, если ты об этом.

– Откуда ты знаешь? – заинтересовалась я, а может, просто оттягивала момент.

– Привык ходить катакомбами, чувствую, – просто пожал плечами он. – Ты знаешь, что делать?

– Знаю, – вздохнулая, – не представляю, как это выполнить. Там в центре, – я указала на источник, – на дне есть руна. Мне надо ее активировать. Но я не умею плавать, Рин.

– Я умею, – поджал губы Сангриено.

– Ты не сможешь. Это должна сделать я, – покачала я головой.