Однажды я стала принцессой. Книга 1 - Плутос Страница 20

— Она тогда была совсем младенцем, не умела даже голову держать.

Клод явно видел Атанасию четыре года назад.

— Так, значит, ее зовут Атанасией?

Хоть в книге и говорилось, что Клод впервые увидел принцессу на ее девятилетие, на самом деле их первая встреча состоялась сразу после ее рождения. Именно в тот день в Рубиновом дворце произошла кровавая резня. И в тот же день Клод узнал имя своей дочери.

В книге «Милая принцесса» говорилось о том, что имя Атанасия означало «вечную жизнь» и носить его мог только законный наследник престола.

К тому же подобное имя мог даровать лишь сам император. Даже имя Дженит означало всего лишь «божественную благодать» и не имело ни малейшего отношения к таким понятиям, как «бессмертие» или «вечность».

Именно из-за этого имени тетя Дженит считала, что Атанасия может представлять опасность. Ведь Диана, простая танцовщица, осмелилась дать своей дочери имя, символизировавшее принадлежность к императорской фамилии.

Ну разве не отважная женщина?!

— Как интересно! Не знаю, хватит ли тебе упорства и твердости, чтобы оправдать свое имя.

В тот день в Рубиновом дворце он хотел убить и Атанасию вместе со всеми. Если бы Диана тогда не дала мне это имя, кто знает, может, меня сейчас …

Ого! Выходит, прямо сейчас передо мной стоит человек, который когда-то хотел меня убить! Вот черт! Конечно, я читала книгу и помню, что этот тип у меня давно в черном списке. Но из-за того, что наша встреча произошла так неожиданно, прямо голова пошла кругом!

— А ты хорошо подросла!

Да уж, подросла лучше некуда… Ну что ж, пожила, сколько получилось. Давай, убей меня! Ты же это задумал? Ведь в книге было сказано, что, когда Атанасии было девять, ты прошел мимо и даже не обратил на нее внимания… А как же мой грандиозный план: во время той встречи незаметно проскользнуть мимо и жить себе дальше во дворце?! А до восемнадцати и вовсе сбежать оттуда!

Бум! Дзынь!

Пока в моей голове хаотично носились разные мысли, что-то скользнуло вниз по ноге и со звоном упало на пол. Мы втроем по инерции устремили взгляды к источнику звука. На полу валялся второй мешочек, обильно извергнувший из себя драгоценное содержимое. На нем красовалась милая вышивка, которую сделала для меня Ханна, – кролик, грызущий морковку.

— …

Черт-черт-черт! Вот это я влипла! Похоже, шнурок, которым мешочек был привязан к моей ноге, почему-то развязался… Дело – дрянь… Выходит, за сегодняшний день я умудрилась потерять сразу оба мешочка с камушками: и седьмой, и восьмой. Обливаясь холодным потом, я вглядывалась в лицо стоявшего передо мной мужчины.

По лицу Клода по-прежнему невозможно было догадаться, о чем он сейчас думает. Он поочередно переводил взгляд то на меня, то на пол и обратно.

Вжух!

Ай! Он что, подхватил меня под мышки и поднял?!

Оказавшись на уровне его лица, я встретилась с ним взглядом, но даже отсюда невозможно было понять, что выражают эти топазовые глаза. От неожиданности я чуть не выругалась, но слова застряли в горле и камнем упали в желудок.

Ты что еще удумал?

Он долго всматривался в мое лицо, и невозможно было понять, почувствовал ли он мой ужас. Но вдруг он едва слышно произнес:

— Ого, какая тяжелая. – Услышав это бормотание, я опешила. – Какие щеки пухлые! Оказывается, и вес порядочный.