Громов. Хозяин теней 6 - Екатерина Насута Страница 21

— А потом?

— Что потом? — я не понял. — Домой потом.

— Вас встретят?

— Не, мы сами, — отозвался Метелька. — Тут, если трамваем, то недалеко.

— Я могу попросить водителя, он подвезёт, — Серега даже обрадовался. — Я бы и в гости вас позвал, но в Зимний посторонних не пускают. Хотя мама говорит, что каждый день кататься утомительно и надо бы снять дом где-нибудь, чтобы рядом. В старый наш не хочет, но…

Серегу я слушал.

Кивал. И пытался сообразить, как вести себя дальше. Делать ли вид, что не узнаю Ворона? Или… нет, это глупо. Пусть он и очочки напялил, и причёску изменил, но всё одно собой остался.

И значит, я должен буду узнать.

— … думаю, в субботу. Вы как?

— Что?

Кажется, я что-то пропустил.

— В гости приглашают, — откликнулся Метелька. — На с тобой. И Серегу. К Демидовым. Пойдём?

— Эм… да. Конечно. С радостью.

Ну не такой, чтоб горячей, но надо же слухи со сплетнями где-то собирать. И чуется, не только о том, что в гимназии происходит.

Да и связи, опять же.

Связи налаживать по-любому придётся.

Опоздать мы не опоздали.

И до нужного класса Орлов с компанией нас сопроводили, чтобы практически вручить в заботливые руки Ворона. Тот стоял у дверей и близоруко щурился, протирая очочки тряпицей.

— Доброго дня, доброго дня, — Ворон пожал руку и Орлову, и Демидову.

А вот Шувалов благоразумно в стороночку отступил и даже как-то сгорбился, зыркнув на Каравайцева исподлобья. Но тот то ли не заметил, то ли сделал вид, что не замечает.

— Доброго…

Нам тоже досталось. Рукопожатие было крепким. Улыбка — радостной, и сам Ворон лучился нездоровым энтузиазмом. А главное, что в этот момент он и вправду сделался весьма похож на Егора Мстиславовича. И дело не в чертах лица, нет, что-то такое, труднообъяснимое.

Движения?

Жесты? Голос? Что-то ещё, из тонкой материи, преображающее людей. Главное, что если приглядеться, то очевидно — это совершенно другой человек. А вот если не приглядываться, то перепутать его с настоящим Каравайцевым легко.

— Прошу в класс, господа… прошу…

Даже интонации те же. И сомневаюсь, что причина в невероятном актёрском таланте Ворона. Нет, тут без магии не обошлось. И то, что я дара в нём не ощущаю, ничего не значит.

Но в класс проходим.

И место занимаем.

А когда начинается урок, я снова ощущаю себя обманутым. Он рассказывал точно также, настоящий Егор Мстиславович, который, пусть и почти здоров, но пока вынужден пребывать под присмотром Карпа Евстратовича. И это вот довольное покачивание головой, когда я отвечал правильно, скопировал. И скорбное выражение лица при ошибках, будто они, эти ошибки, вовсе даже не мои, но его… и жесты.

— Ты в нём сейчас дыру протрёшь, — Метелька пнул меня под партой.

Ну да, надо как-то… попроще?

Нейтральней?

— Замечательно! Отрадно видеть, сколь умные и старательные ученики мне попались, — теперь мне чудится насмешка. А чёрные глаза Ворона смотрят на меня и в свою очередь пристально, не с вызовом, скорее с любопытством. — А вот сможет ли кто решить вот такую задачу…

Он обвёл взглядом притихший класс и продолжил.

— 12 человек несут 12 буханок хлеба. Каждый мужчина несёт по 2 буханки, каждая женщина — по половине буханки, а каждый ребёнок — по четверти. Сколько было мужчин, женщин и детей?[9]

Лицо у Метельки вытянулось.