Ночь с кровавой луной - Диана Зотова Страница 22

Каждый кусочек пищи — это ещё одно доказательство моей верности к стае светлых. Моего права быть дочерью Альфы. И пусть он принимает это или нет — я буду жить так, как живет моя стая.

За окном начинает подниматься солнце. Я умываю лицо и руки от крови, иду в свою спальню и закрываюсь на замок. Ложусь в кровать и прислушиваюсь к нашим узам, а потом, ощутив его чувства ненависти и злости, хмыкаю с закрытыми глазами. Понимаю, что в чём— то наши чувства взаимны.

«Ты силой обладаешь?» — возникают его мысли в моей голове, и по спине пробегают мурашки.

«Это невозможно. Просто Данар Хайсберг так себе боец, впрочем, как и его стая шакалов», — отвечаю я мысленно.

Понимаю, что рискую, обнажая свою силу, ведь старейшины ещё в детстве приказали мне её скрывать. Близкие знают о ней, но Данару об этом знать нельзя. Он не должен узнать мою главную тайну — ту силу, что делает меня особенной среди других оборотней.

Закрываю глаза, пытаясь отгородиться от его мыслей. Но его присутствие всё равно ощущается где— то рядом, словно тень, готовая наброситься в любой момент.

Просыпаюсь по будильнику и крадусь в ванную. Быстро привожу себя в порядок, надеваю белое платье— футболку, сверху — серый пиджак оверсайз. На левое бедро надеваю два позолоченных кольца— обруча. Подхватываю сумку, обуваю чёрные ботинки и направляюсь к своей машине.

Хватаюсь за ручку дверцы машины и замираю, учуяв сладкий, резкий запах свежей крови. От этого запаха желудок начинает сводить от голода. Бросаю взгляд вбок и вижу, как чёрный огромный волк подходит к крыльцу и превращается в человека.

На лице и шее Данара размазана кровь. Она свежая, словно он завтракал буквально несколько минут назад. И очевидно, что это человеческая кровь — только она пахнет так сладко.

Ублюдок стоит передо мной полностью обнажённый и скалится, облизывая свежую кровь. Мой внутренний волк завидует и рычит, прося хотя бы каплю. Но я не покажу ему своей слабости. Не дам понять, как сильно хочу того, что он так небрежно демонстрирует.

Стараюсь не смотреть на его пах, но, черт возьми, это так сложно… Прикрываю глаза и еле как отвожу от огромного его члена взгляд. И он правда огромен, гладко выбритый и уже тверже камня, ибо он был по стойке смирно. Да твою же...

— Черт! Черт! Черт! — бью по рулю, когда выезжаю на трассу.

Вдыхаю глубже, пытаясь контролировать голод и вдруг разыгравшуюся жажду похоти, а потом жму на газ, чтобы быстрее добраться в центр. И когда оказываюсь на своей этаже, бросаю Залии, что голодна, и захлопываю свою дверь кабинета с силой, чувствуя, как меня лихорадит.

И буквально через несколько минут в кабинете появляется Марс с тарелкой, в которой лежит свежая печенка. И все мое волчье нутро встало на дыбы, резко притормозив в своих требованиях, и затаилась в ожидании.

— Привет, — сухо произнес Марс и протянул мне тарелку.

— Привет, — нахмурилась я, стараясь уловить прежние к нему чувства, но тщетно…

Узы искоренили всю любовь к этому человеку, оставив лишь воспоминания ощущений и вкус их сладости. Но…

Наши взгляды встретились, и мы, как голодные, сорвались друг другу в губы. Марс от любви ко мне, а я от похоти, которую жаждет мой внутренний зверь.

Марс задрал мое платье— футболку, отодвинул стринги в сторону и вошел в меня, уже намокшую, не отрываясь от моих губ. И пока он жадно, страстно и мучительно выбивал из меня стоны на протяжении десятков минут, я чувствовала от него лишь злость в этих толчках и, кажется, маленькие нотки отчаяния.